Пусть даже этот «кто-то» — Стас.

— Да, квартира ведь… — запинается, словно опасаясь сказать лишнее, — служебная, — выдает, наконец.

Неожиданно протягивает мне связку, звякая металлом.

— Но если ты против, то можешь забрать, — выдает невозмутимо.

На мгновение теряю дар речи. Смотрю на ключи, словно на опасный магический артефакт, а потом перевожу внимание на Стаса. И не понимаю, что происходит. На его месте любой другой начальник начал бы власть проявлять и указывать, кто здесь главный.

Даже Глеб, будучи моим мужем, не упускал удобного случая напомнить мне, в чьем доме и за счет кого я жила.

Словно хотел выставить себя благодетелем, подобравшим нищенку на улице. Я, в свою очередь, должна была чувствовать зависимость от него. Чтобы никуда не делась, не ушла. Но жизнь сама расставила все по местам.

Чем чаще я вспоминала наши с Глебом семейные будни, тем больше понимала, зачем он провернул подлую авантюру с опекой. Ждал, что именно к нему я приду за помощью. Хотел привязать меня, подчинить. Знал, что при помощи детей это сделать намного легче, чем деньгами.

Но не учел, что я никогда не смогу простить ему «покушения» на моих кнопочек…

Что касается Стаса, то он оказался рядом в самую сложную минуту.

Помог и ничего не потребовал взамен.

За минувшую неделю ни намека не пустил в мою сторону. Был сдержанным и… немного напряженным. Постоянно отвлекался на какие-то звонки, а порой уезжал из офиса посреди рабочего дня. Меня волновало, что происходит с ним, но спросить напрямую не хватало смелости.

Мы слишком отдалились друг от друга после того, как он узнал о детях. Может, и к лучшему…

Однако Стас спас нас, а я прямо сейчас ярко демонстрирую ему свое недоверие, которого он не заслужил.

— Нет-нет, все правильно, — лихорадочно качаю головой. — Пусть ключи остаются у тебя. Ты же босс, а мы здесь… временно, — долго подбираю подходящее слово, но оно не нравится Стасу, судя по его мрачному лицу. — Только я была бы признательна, если бы ты не использовал их, пока мы с кнопками находимся в квартире.

Загорский кивает, прячет ключи в карман. А я тем временем анализирую, зачем он приехал в столь раннее время. Выезжать мы должны были из офиса. После обеда."

"Испуганно округляю глаза: неужели я что-то напутала? И стою теперь перед ним в замурзанной домашней одежде, когда должна быть при полном параде.

— Стас, что случилось? — чуть ли не всхлипываю я. — Вейдж Ли уже в России? Я перепутала время? Неправильно поняла тебя? Я…

Загорский прекращает мой словесный поток легким жестом руки. Наклоняет голову набок и улыбается одним уголком губ, как обычно.

— Нет, ты не при чем, — ровно произносит он. — Я приехал, чтобы успеть поговорить с тобой до начала встречи, — звучит с налетом вины и неуверенности.