– Ну, а ты что?

– Я Наталье Алексеевне пожаловалась, – докладывал ребенок, – а она сказала не обращать внимания, они и сами отстанут!

– Хороший совет, но непродуктивный, так можно дооткладываться до десятого класса. И все, больше ты мер никаких не предпринимала?

– Я им говорила, чтоб перестали, я же их не трогаю и не обзываю.

– Как я понимаю, призыв остался безответным, – задумчиво констатировала Сима.

Стася тяжко вздохнула и снова кивнула, подтверждая предположение.

– А как именно дразнят?

– «Стасик, пошли в футбол играть!», «Стас юбку надел», «Стасик – мальчик в бантах» и еще по-всякому.

– Понятно. Вот, что мы сделаем!

И она дала подробнейшую инструкцию. Потренировала, показала, как правильно делать и что говорить.

На следующее утро, придя в класс, Стася стала доставать из портфельчика пенал, тетрадки и раскладывать аккуратно на углу парты. Тут к ней подскочил самый противный, самый заводила и ее обидчик – Лешка Мишин и, скинув ее тетрадки на пол, громко обозвал:

– Стасик-дурасик! Мальчик в юбке!

Стася его оттолкнула, подняла свои тетрадки, положила на парту, старательно, как учила Сима, правильно сложила кулачок, шагнула к Лешке и молча, без предисловий, со всей силы вмазала ему в переносицу!

Пребольно! Ее кулачку тоже досталось, но не так, как Лешкиному носу!

Повернулась к замолчавшему от потрясения классу и спокойно поинтересовалась:

– Есть еще желающие обзываться? – спросила она и шагнула ко второму своему обидчику. – Может, ты?

– Не-е-ет! – отказался от претензий к ее имени перепуганный до белизны мальчонка. – Я больше не буду, Стася!

– Тогда, может, ты? – перекрикивая вопли Мишина, громко спросила разбушевавшаяся Фемида, шагнув к третьему участнику гонений.

– Нет! Нет! – завопил он и заелозил под партой ногами. – Я не буду! Я тоже не буду больше!

– Хорошо! – сказала девочка.

И спокойно уселась на свое место за партой, готовиться к уроку, не обращая никакого внимания на воцарившийся в классе переполох.

А переполох совсем нешуточный!

Лешка Мишин орал дурным голосом, двумя руками держась за нос, из-под пальцев по губам и подбородку текла кровь, девочки визжали, мальчишки отсиживались молча, потрясенные до глубин детских душ.

И тут вошла Наталья Алексеевна.

– О боже! Что случилось?! – перепугалась насмерть молоденькая учительница. – Леша, что с тобой? Ты упал? Ударился?

– М-м-м! – замычал Лешка и затряс отрицательно головой.

– Тебя ударили?

– Да-а-а!! – сквозь слезы и кровавую юшку пожаловался мальчонка.

– Кто? Кто его ударил?! – громко спросила у детей учительница.

И весь класс с легкой душой, в едином порыве, сдал Стаську, указав на нее пальцами, подкрепив обвинение словами.