Просто он вот точно так же на Каста напасть пытался и не мог, потому что я держала. Вот и меня тоже держали. Стальной, невероятно сильной хваткой.

— Дашка, прекрати немедленно! — Дорс уже откровенно кричал. — Успокойся, слышишь?

Но я слушать не хотела. Во мне все сильнее разгоралось бешенство, и жар его уже буквально физически чувствовался в груди и в ладонях. Внутреннее пламя требовало выхода, а я и не собиралась его сдерживать. Я хотела отомстить!

Внезапно амулет, подаренный Ваулом, полыхнул ярким светом — так, что даже сквозь ткань мантии его стало видно.

Несмотря на застилающую глаза ярость, я вздрогнула от неожиданности, а Каст замер на полмига и побледнел.

— Нет, — выдохнул король факультета Огня ошарашенно и уже громко заорал: — Дорс, опасность!

После чего рванулся к нам, перехватывая мои запястья и сбивая с ног. Не устоял и блондин, так что спустя мгновение мы дружно покатились по полу.

— Каст, твою ж… — зашипел Дорс, но осекся, потому что пол под нами внезапно дрогнул.

А потом ухнул вниз.

Была у меня на курсе в родном, земном универе девчонка — фанатка парашютного спорта. И вот мы от нее в свое время восторгов по поводу ощущения свободного падения наслушались.

Мол, ничего лучше в жизни нет, даже с тем самым, при котором вроде бы стонут, не сравнится.

Проверять истинность этих рассказов я никогда не собиралась, на слово поверила. И зря. Потому что ничего хорошего в свободном падении нет, особенно если падаешь в темноте, вцепившись всеми конечностями в кого-то костлявого и четко понимаешь — уж чего-чего, а парашюта у тебя точно не имеется. Ну и батут внизу «не светит».

Это была паника. Безумная, всепоглощающая.

И крик бешеный, до звона в ушах. Но даже перспектива оглохнуть не заставила замолчать.

Перед глазами вся жизнь разом пронеслась — и это оказалось самым страшным, потому что жизни той всего двадцать один год. То есть ничего. Пшик.

А еще были слезы.

В какой момент они появились — не знаю, да и неважно это. Потому что через пару секунд или тысячелетий — увы, действительно не поняла, сколько времени прошло, — тело содрогнулось от удара.

Адская боль, пронзающая ноги. Шок. Причем шок такой силы, что информация о падении в воду ни до мозга, ни до тела не доходит.

То, что под воду я погрузилась с головой и дышать нельзя, тело тоже не понимает и делает судорожный вздох.

И новая боль разрывает легкие! Ощущение удушья заставляет на рефлексе сделать еще один вдох, потом третий. А рядом что-то происходит, но что именно — неясно и неважно. Но лишь до тех пор, пока меня не начинает стремительно тащить вверх.

Ничего не вижу. Вообще ничего. Но не факт, что вокруг темнота — кажется, я просто ослепла, а еще красные круги перед глазами вспыхивают.