Руки бы им…, - далее идет гневная тирада с использованием брани отменной.

На столе в их, слегка импровизированной, операционной лежит белая кошечка. Белой она была бы если бы кровью не была залита.

— Как думаешь справимся? — уточняет Оля, пока я животинку осматриваю.

Киваю. Что уж остается.

Спустя час, управившись и помывшись она зовет меня покурить."

"— Бедняжке не повезло. Попала в те тридцать процентов белых кошек, которые глухими рождаются, — белые кошки с ярко голубыми глазами чаще других рождаются глухими, у них в генотипе есть доминантный эпистатический ген W. Именно он дает им белую шкурку и в ряде случаев слух отнимает. Вероятность глухоты зависит от цвета глаз. Этой малышке с броскими глазками досталась полная глухота. За красоту даже кошкам платить приходится. Что тут скажешь? — Навряд ли пристроить удастся, — продолжает Оля. — Ранки затянутся, шерсть вырастет, но с отклонениями редко забирают. Так что в следующий раз кошачий корм тоже вези, — слегка улыбается.

— Я её заберу, как немного окрепнет, — произношу первую мысль, не оставляя шанса на передумать. — Дома не очень часто бываю, за больной уход не организую. А потом мы с ней разберемся. Я оставлю деньги, сделаете ей все прививки необходимые? — смотрю в счастливые глаза Ольки. — И от глистов, пожалуйста.

Глава 96

Погорячилась я, согласившись идти на день рождения Кости. Вообще, всё что связанно с ним в моей жизни происходит слишком поспешно, и не очень обдуманно. В отношения с ним я залетела так стремительно, что ценности от них Костя не прочувствовал.

Тем не менее теперь не пойти, значит струсить. А я ведь не трусиха, хотя и хочется очень.

Дружить с мужиками, с которыми ранее спала — идея тухлая.

Костя и Петя любят орехи. И вот я держа в одной руке орехово — сухофруктный букет подарочный, в другой основной подарок, стою на парковке у госпиталя и стараюсь справиться с желанием домой свалить. Могла бы с Киром сейчас рыбку есть где — нибудь, а потом… Ладно, зато в палате посижу.

Стоит мне только войти в палату, как тут же на себе взгляд Кости чувствую. Так только он умеет смотреть. Кожа гореть начинает сиюсекундно. Вскидываю голову и в глаза смотрю.

Костя переводит взгляд с меня на букет, затем обратно, вопросительно бровь приподнимает.

Да, я помню, малыш. Тебе недавно челюсть вправляли. Не про трою честь лакомство. Подмигиваю ему и в улыбке расплываюсь. Уголки Костиных губ тоже ползут вверх.

— Алёна! — меня Петенька замечает. — Это мне?! Папе нельзя такое, — зайчик глазами впивается добычу.

— Ты бы для начала поздоровался, — мягко напоминает ему папа.

Петя тут же исправляется. Здоровается и со стула спрыгивает и подходит ко мне, руку протягивает для приветствия.