Чудесная вещь во всех отношениях.

Подцепляю большими пальцами и оттягиваю ремешки на бедрах, кручусь вокруг себя слегка выгнувшись.

— Мне идёт? — доверчиво спрашиваю. Он молчит, выступ гортани туда — сюда ходит. — Костенька, ты ещё тут?

Загруз системы, видимо, полный. Подхватывает меня на руки и плюхает на трюмо, которое, к счастью, всегда пустое стоит. Иначе потом доставала бы кисточки, спонжики из своей пятой точки.

Похоть в каждом движении немыслимая. Хватка на моем бедре — «Оторви кусочек Алёнки на память». Целует жестко, с надрывом, вкус его слюны мозг отключает.

Начинаю стонать ему в рот, то — ли от боли, то-ли от стремительно нарастающего возбуждения. Пока он шарится по моему телу, запускаю обе руки под его рубашку. Низ живота трогаю, глажу. Он мне так нравится, до сумасшествия. Касаться. Ласкать. Восхитительно.

С трудом, но всё же получается из его рук выбрать и отстраниться, разрывая поцелуй. Поднимаю полы его рубашки вверх, перемещаю на край, чтоб удобнее было и целовать живот начинаю. Снизу вверх веду языком. И так каждый сантиметр. Процесс доставляет мне самой удовольствие. Обвожу языком каждый кубик и дую.

Костя вздрагивает. Поднимаю глаза и смотрю на него. Там, в глазах у него пожарище, чертята наперебой, кто дрова, кто уголь подкидывают. Когда тебя так сильно хотят, волей — неволей, себя красивой почувствуешь, сверхъестественной."

"— Можно кончить просто от созерцания того, как ты это делаешь, — хрипит, опираясь ладонями о полки шкафов, что по обе стороны вокруг нас.

Не разрываю контакт зрительный, наощупь ремень нахожу, расстегиваю его, потом молнию. Стягиваю боксеры со штанами. Немного наклонившись вперед головку губами обхватываю.

Целую, провожу языком. Безумно горячий. При каждом движении из меня летят стоны, от удовольствия.

— В тебя хочу, — делает полшага назад, проводит влажным, от моей слюны, членом по моим губам и разворачивает меня, как игрушечную, лицом в столу. — С какой стороны не посмотри, со всех куколка, — поочередно шлепает меня по ягодицам, тут же наклоняется и целует места ударов.

Контраст погружает меня ещё глубже, если это возможно. Хочу его прямо сейчас. Как угодно. Как он захочет. Слышится треск белья, за ним ощущаю резкий толчок. Больно и сладко.

Больно от того, что головой бьюсь об стол от неожиданности. В спине прогибаюсь сильнее.

Костя мои волосы на ладонь себе наматывает. Подцепляет большим пальцем этой же руки чокер. Тянет всё вместе. Я кричи, цепляюсь руками за край стола, о который бьюсь бедрами без остановки. Толчки сыпятся гладом.

Я где-то не тут. На каком-то мегасахарном облачке.

— Алёна, детка. Ты как?

Как может чувствовать себя человек, который во время оргазма связь с реальностью потерял?

Произношу что-то нечленораздельное.