— В моей квартире, пока я в отъезде?

— Я же говорю — аккуратно. Сделать ключи идентичные. Ты и не догадаешься.

— Я же совсем недалекая, — как никогда раньше понимаю, у них помимо места службы столько общего, что впору пугаться и убегать.

— Ослепленная желаем. Отвлечет тебя в подъезде, а потом поимеет. Ты и думать за замки забудешь, — снова ржать начинает. — Ну чего ты? План рабочий, я ему сама посоветовала тебя так отвлечь.

— Боюсь представить, что ты ему ещё «по дружбе» насоветовала. И знать не хочу, — перебиваю её. — Когда вы на дело собираетесь?

— Так завтра утром.

Не переживай, я ему не скажу, что ты знаешь.

Глаза мои из орбит выкатываются, благо я в темноте и одна. Ситуация настолько абсурдна, что я даже как стоит отругать её не могу. Наташа до последнего играет роль непонимающей девицы.

Параллельно набираю сообщение Косте.

«Ничего мне сказать не хочешь? Есть одна попытка»

Встаю с кровати и повторно иду в душевую, в надежде там успокоение найти.

«Хочу тебя. Очень. Спать не могу» — прислал мне спустя пару минут после моего вопроса.

«Ой. Соскучился, хотел сказать» — вдогонку.

Мы с ним обсуждали, что все эти «хочу», «стоит на тебя» — для меня не комплимент.

Физиология такова, что в его возрасте стоять может на всех, у кого отверстия необходимые имеются.

Глава 77

— Останешься ещё на пару дней? — папа смотрит на меня обезоруживающим взглядом. Сотка по десятибалльной шкале милоты от моего ненаглядного.

Вытащил меня в буквальном смысле из кровати, как только освободился. Он решил меня соблазнить перспективой переезда. Как всё могло бы быть.

— А надо? — интересуюсь, приподнимая вверх брови, дескать, зачем?

Он склоняет голову на бок и смотрит на меня несколько секунд и только потом начинает улыбаться.

Атмосфера в этот момент вокруг нас потрясающая, родом из самого детства. Внутри счастье трепещется.

— Дайка подумать, — постукивает себя указательным пальцем по губам, делая вид, что задумывается. — А, — палец вверх взмывает. — Мне поддержка твоя не помешает. А ты меня любишь. Взаимосвязь улавливаешь, малышка моя?

Сегодня из Москвы прилетел его коллега и по совместительству друг Алексей Ириянов. Им предстоит провести операцию на сердце ребенка… в первые часы его жизни.

Редкую и тяжелую форму аномального дренажа легочных вен установили ещё в утробе. Проведут кесарево сечение и сразу же кроху заберут в операционную.

Для меня это за гранью. Думаю всем понятно, почему папа для меня человек уникальный? Лучший из лучших. Люблю. Обожаю.

— Как ты справляешься, дочь?

— С чем? — погрузившись в глубины сознания я отвлеклась.

— Случаи когда с маленькими работать приходится, — поясняет совершенно серьёзно.

Не только тела новорожденных подлежат вскрытию.