Первый человек, которого учуяла Клео, оказался в хижине, когда до импровизированного круга в центре оставалось всего около пятнадцати хижин."

"— Женщина. Боится, — сообщила принюхавшаяся Клео, — предлагаю идти дальше. Если будем вытаскивать визгу не оберемся, а так, увидит, что мы не нападает сама вылезет.

Компания переглянулась и согласилась.

— Еще двое, — озвучил информацию Рив у очередного строения, — и там тоже, и там.

В общем, пока добрались до круга с центральными хижинами и главного кострища для сборов племени, Рив с Клео насчитали около двух десятков так и не решившихся выйти людей.

— Ну и что дальше? — Мария оглядела пустое пространство между больших, видимо предназначенных для более ценных членов племени, но сейчас несколько потрепанных хижин и нахмурилась, — как их теперь выманивать и как Алекса искать?

Она обернулась с вопросом в глазах к Клео, но наткнувшись на растерянный взгляд кошки только вздохнула — ладно, надо с племенем поговорить, а там глядишь, и прояснится что-нибудь.

Впрочем, с выманиваем людей из хижин проблем не возникло.

Арен вышел в центр, вздохнул всей грудью, а потом громко позвал, — это я, Арен! Я жил здесь, вон в той хижине, — он кивнул на одну из центральных и нахмурился, — со мной люди из моего нового племени, и мы не будем драться и воевать. Мы пришли поговорить.

Некоторое время ничего не происходило, потом одна из шкур, закрывающих вход зашевелилась и оттуда выглянуло испуганное, довольно чумазое, женское лицо.

— Это Арен, — крикнула женщина и уже смелее откинула шкуру, выпуская пару подростков лет по десять — двенадцать.

Остальные шкуры и травяные занавеси зашевелились и люди, в основном женщины и дети повалили на улицу.

— Арен, ты вернулся ко мне, — крупная, несколько располневшая, но очень привлекательная женщина растолкала соплеменников и без сомнения кинулась на шею опешившему мужчине.

— Капец, — выдохнула Софья, глядя на замершего от неожиданности Арена и сжавшую кулаки, побледневшую от злости Марию, — кому-то сейчас достанется.

Она уже хотела подойти к подруге и сказать, что возможно все не так плохо, как кажется, когда ее щеку обожгла смачная оплеуха, заставившая дернутся и сделать шаг назад от неожиданности.

— Почему ушла? — Визгливый голос, той, что запомнился женщине как мать девочки, тело которой она заняла, ввинтился ей в мозг, вгоняя в панику и оседая горечью пролитых в свое время слез на языке, — я нашла тебе мужа, он шкуры давал, а ты ушла, зашипела она злобно, — ты виновата!

Женщина снова подняла руку для удара, но тут послышался рык взбешённого зверя и мерзкую тетку снесло ураганом по имени Рив.