Последнее Мария ела с неохотой, а Софья и вовсе проигнорировала, несмотря на попытки Рива накормить ее, так, что окончание пути по плато казалось благом, даром, что уже вечер и скоро темнеть начнёт.

Впрочем, им повезло. Спуск здесь был крутой, но не слишком большой, всего метров через десять голые, гладкие скалы плавно переходили в долгий пологий спуск и потому при помощи тех же связанных друг с другом веревок спустились все быстро и почти безбоязненно. Дальше уже было делом техники — идти вниз, до леса оказалось хоть и долго, но не так опасно.

Вообще весь путь до чужого племени занял две недели — шесть тяжелых дней по горе и восемь более сытых, хотя и ненамного легче по лесу.

Всю дорогу измученная и не отдохнувшая еще с прошлого похода Мария вздыхала и оглядывалась в поисках знакомых деревьев и растительности, но глядя на все больше с каждым днем нервничающую Клео, задерживаться не решилась. Повезло, что с охотой замечательно справлялись мужчины, а потому, горячая еда в виде похлебки и отвар по вечерам были обязательно. Утром же и в обед, чтобы не тратить время на готовку, перебивались остатками еды с вечера и набранной походя ягодой.

Софья подошла к Марии на пятый день путешествия по лесу."

"— Ты тоже заметила, что Клео с каждым днем все больше психует? — Спросила она задумчиво и дождавшись согласного кивка, добавила, — и Вэл, кстати, тоже спокойным не выглядит. Они с кошкой даже ругаться почти перестали — просто игнорируют и даже в сторону друг друга не смотрят. Ох, не к добру это — надо бы поговорить с ними…

****

Клео была в панике.

Нет, не так — она была в дикой панике. Даже когда женщина попала в другой странный и не понятный мир в теле кошки, она и то не нервничала так сильно, поскольку сначала считала все сном или галлюцинацией.

Потом, правда пришло отрезвление, но появилась Мария, что создавало видимость ""не одна она попала"", потом как-то втянулась и даже с кошачьей сущностью смирилась, но… но вот дальше все пошло кувырком.

Во-первых преображение! Клео так долго подстраивалась под этот непонятный мир, училась жить по-новому, говорить, что возможность преображения в человека стало для нее первым шоком.

Вторым потрясением оказались выводы ее подруг про Алекса.

Неужели, это и правда была любовь, а они так бездарно просмотрели ее? Как так могло получиться? Лора так долго считала Алекса своим единственным другом, защитником и почти братом, что даже не рассматривала его как мужчину. А он? Иногда ей казалось, что друг видит в ней женщину, но осознавать это казалось… неправильным, что ли, и она отмахивалась от глупых мыслей. Но, что, если она была не права? Ведь не зря же он бросился за ней с крыши, как и она отказалась перерождаться без него.