Ему бы спокойно жить, работать, растить детей. Вон он такой хозяйственный. И готовит и прибирается. И кофе у него вкусный.

— Я что подумал, — Дима первый нарушил тишину, — ты прав, что я бездействую. И мне в голову пришла идея.

— Ну, — отозвался я не слишком вежливо.

— Проклятие моей матери — это ж грех?

— Ну, допустим.

— Так вот, грех надо искупить каким-нибудь хорошим поступком.

— Твоя мать умерла, она не покается, — напомнил я.

— Но ведь мы и не знаем, в чем она еще грешила. Вот у меня и идея. У нее была подруга. Можно поехать с ней поговорить, может что посоветует.

Я скривился:

— И ей выложить всю историю? Может, хватит людям психику травмировать?

— Ну мы что-нибудь придумаем, — отмахнулся Дима, — это не проблема, нам надо ее послушать, а не самим все выкладывать.

Я обмозговал мысль. Идея бредовая. Но ничем не хуже той, когда мы придумали тыкать пальцем в газету.

— Валяй, — решил я, — но ты говоришь 'мы'. Кто — мы? Как кто к ней пойду я. Здасьте, а этот мальчик со мной, пусть постоит рядом? Бред! Один ты пойдешь. Я же не боюсь один с призраками общаться, а тебе всего-то и делов — с живой женщиной поговорить. — Можешь Оксану с собой взять.

"— Заметано, — Березин протянул мне руку, и я пожал ее в ответ.

12 глава

21 октября

Не спешите прощаться с теми или иными людьми, ведь рано или поздно они могут снова появиться в вашей жизни.

Сегодня был очень теплый день для конца октября. Я стоял на балконе и курил. Солнце слепило глаза, легкий осенний ветерок колыхал волосы.

Хорошо.

Тихо.

Березин жил в спальном районе. Тут было очень уютно и совсем не шумно. Тихие ухоженные дворики, старушки у подъездов на лавочках. Кошки, с серьезным видом, копающие детскую песочницу.

Хотел бы и я здесь жить. Не так, как я сейчас, а постоянно, в своей квартире, со своей семьей, завел бы собаку, с которой гулял бы по утрам и вечерам, и жирного серого кота. Уж не знаю почему, но кот в моем воображении всегда рисовался именно серым и жирным.

По двору летели желто-красные сухие листья. Золотая осень в этом году припозднилась. И я был этому очень рад. Никогда не любил зиму. Осень — мое любимое время года.

'Я бы хотел умереть осенью', - внезапно подумалось мне. Странная мысль в такой прекрасный день, но почему-то она пришла мне особенно четко.

Бр-р-р! Я тряхнул головой, чтобы отбросить от себя дурацкие мысли. Рано мне пока умирать. Не жил-то толком.

Но, как говорит Прохорович (вернее, уже говорил, в прошедшем времени), никто не умрет, пока не сделает то, ради чего родился. А для чего родился я, я пока не знал.

Я стоял, продолжая смотреть вниз. Интересно, за какой-то месяц-полтора мир стал для меня совсем другим. Раньше я увидел бы только двор, а сейчас видел еще кое-что. Призраков.