— Не, всё равно, куда дальше идти, не знаю, — легко пожала плечами в ответ.

— Кстати, а как ты меня нашла? И ты что-то странное говорила о том, что ночью принесло, унесло…

— Крик под утро услышала, а как чуть рассвело, искать пошла, — ответила я на первую часть вопроса. — А принесло-унесло… Ты ночью никогда не чувствовал, как земля трясётся?

— Ну да, в этих местах бывает. Горы же. А что?

— А то, что не просто трясёт. Сами места перемещаются то туда, то сюда. Я тоже, пока шла, ничего не замечала. А как здесь обжилась, тут и выяснилось. Трясёт всегда по ночам, да? А наутро просыпаешься и видишь: где раньше была равнина — теперь гора стоит, а где вчера река текла — сегодня лес или поле.

— Да ты что?

Не верит, что ли? Решил, что выдумываю?

— Не веришь? Я тебя трижды видела. Первый раз ты вдоль реки шёл, песню пел. Я на другом берегу, на косогоре была. Сразу окликнуть побоялась, а пока за вещами сбегала, ты пропал.

— А второй?

— Примерно неделю назад на холмистой равнине. Только ты далеко очень был. Я закричала, да ты не услышал.

Кир задумался. Потом покачал головой…

— Я и не знал… А как ты вообще сюда попала?

— Река принесла, — вздохнула. — Я в неё прыгнула, когда от злого колдуна убегала.

Кир замотал головой:

— Парадокс на парадоксе! Где ты такого откопала? Императрица вроде порядок навела, Совет Магов за всем следит, и драконьи патрули есть.

Слово «парадокс» я слышала от Кона, звучит хитро, а на самом деле — просто «нелепица». Выходит, Кир тоже грамотный и не из простых?

Задумалась:

— Знаешь, высокая сосна и кустик клюквы растут рядом, на одном месте, а видят совсем разный лес. Я — клюква. И всякого уже насмотрелась. Ну что, обедать будем? А то я после того, как камни поворочала, жутко голодная.

— Ой, прости меня, Сиана! Пристал с болтовнёй, а за меч с луком даже спасибо не сказал!

— Пожалуйста, — улыбнулась и развела руками: — А лук — кряк. Можно с этой тетивой другой сделать, как думаешь?

— Наверное. Вот рука подживёт…"

"Вообще, судя по всему, Киру стало намного лучше. Увечная верхняя конечность висела на перевязи, нижняя, примотанная к палкам, неловко торчала, но лицо было нормального цвета, без испарины на лбу. И аппетит с любопытством вернулись. Быстро на поправку пошёл.

После еды Кир, который слопал две полные миски, нахваливая мою уху, устроился на краю кровати и сидел примерно час, гладил ладонью-лодочкой с сомкнутыми пальцами сломанную ногу. Я тоже попробовала, положила ладонь себе на битую коленку. Ну да, тепло от руки. И?

— Ты попытайся представить, что из центра ладони луч идёт, — посоветовал парень.

Какой такой луч? Но представила. И что? По-прежнему тепло… Схожу лучше к ручью, рыбы на ужин наловлю, раз она у нас так хорошо пошла.

Когда вернулась, Кир снова спал.