Может, если б они плыли на юг, я б и вылезла… но это или промысловики, или купцы, плывущие вниз, к озеру. И ни одной женщины в лодке не видать. Значит, и мне там не место. Меня с воды — против солнца — если сама не поднимусь, да руками махать не стану — не разглядеть. Натянула бурый плащ на голову и замерла, глядя в щель на проплывающую лодку.

Вдруг один из гребцов вскочил, заорал: «Багор, мать твою, багор!» — а потом ткнул остриём в воду у борта. Вода плеснула, лодку сильно качнуло. Парень разочарованно развёл руками. В кого ж он метил, что этот кто-то чуть судёнышко не перевернул? Ох, точно я тут не поплыву!

Когда лодка скрылась из виду, осторожно спустилась на берег. Умылась, набрала в свой чайник с заткнутым носиком — чтоб не расплескать содержимое — воды и полезла на обрыв. Если здесь плавают, да сплошь мужики, нечего мне на открытом берегу топтаться. Чего можно, а чего нельзя — я и от бабки, и от девчонок сто раз слышала, и нарываться сама не собиралась.

Но выходило, что где-то выше по течению есть то ли село, то ли деревня. И, почти наверняка, дорога с мостом. Ведь лодка откуда-то приплыла? Не в лесу они такую строили? Здоровенную, на кучу народа, красно-синюю, с мачтой и с намалёванным глазом на носу. Значит, где-то есть для этой лодки и пристань."

"До моста я дошла за три дня. По пути собирала грибы с ягодами и, главное, думала. Раньше мне никогда не приходилось столько думать. Всё было просто: утром поднялся, крутишься-крутишься до вечера, вечером погуляла-похихикала с подругами — и спать пора. И так изо дня в день.

Додумалась я до того, что нужно разыскать знающего мага. Говорят, те, посмотрев на человека, сразу видят, кем были его предки. Наверняка они могут поглядеть и определить — сколько во мне драконьей крови? Хотя, надо думать, мало. Иначе бы это как-то, да уже проявилось… Хотя откуда мне знать, как?

Ну, вот вижу я в сумраке почти как днём. Это драконье или нет?

Болею очень редко. Как-то зимой по пояс в ручей провалилась, пока выбралась да до дома добежала — вся заледенела… а потом только чуть-чуть покашляла — и всё. Это как, нормально?

Работать много могу. Ну так и лошади пашут.

И, кстати о лошадях и коровах, — с ними я всегда ладила. И это — бабушка рассказала — точно от драконов. У тех над зверями власть.

Волосы жёсткие, чёрные, вьются крупными непокорными кольцами. А у драконов как?

Глаза зелёные, как трава. Но такие не только у меня одной…

Не понять.

Но летать по небу и колдовать я точно не умею. А так бы хотелось…

Пока шла да прикидывала, что да как, и добралась до пустынной дороги. Ждать не стала — ведь решила уже, куда иду — и трусцой, как могла быстро, перебежала на другой берег.

Вот теперь всё. Меня точно и не найдут, и не догонят.

Но и я одна на белом свете — ни кола, ни двора, ни родственников.