— О, Полина Александровна, не спится? — послышался насмешливый голос Дарена в ответ.

— Да, есть такое, — тихонько выдохнув, Поля прошла внутрь. — Пичи здесь?

— Скоро вернется, я попросил ее найти кое-какие документы в архиве. — Он стоял, опираясь поясницей на стол и скрестив руки на груди. В простых штанах, белой рубашке с расстегнутым воротом. На щеках его поблескивала проступающая чешуя, а взгляд показался Поле каким-то странным.

С опозданием взор упал на стоявшую тут же бутыль от вина.

— Решили побаловать себя аперитивом? — кивнула она на емкость, что так некстати марала розовыми кругами оставленные на столе документы.

Такой вопиющий факт не мог остаться незамеченным для бухгалтерской души. Поля поспешила исправить оплошность работодателя. Подойдя к столу, переставила почти пустую бутыль на стоявший на другом конце столешницы серебряный поднос с кувшином. А бумаги, собрав в стопку, уже хотела убрать в ящик, когда на ее запястье сомкнулись мужские пальцы."

"— Тебе лучше уйти сейчас, — голос дракона прозвучал неожиданно рычаще. Поля перевела на него недоуменный взгляд.

И пропала… В глазах его полыхало настоящее пламя. В него хотелось всматриваться целую вечность и тонуть. Тонуть без остатка, захлебываясь этой дикой первозданной яростью, чистой силой и мужской энергией.

Чешуя на щеках Дарена принялась расползаться, ссловно прорастая из кожи. Спускаясь уже на шею и уходя за воротник.

Веймар вдохнул и тут же зажмурился со страдальческим выражением на лице.

— Мой зверь, Полина, он чует тебя.

— И что..? — дрожащим голосом переспросила девушка. Дрожь вот только была вызвана отнюдь не страхом.

Его пальцы на ее запястье буквально обжигали, точно пытаясь оставить этим касанием настоящее клеймо. Она сама не понимала, что происходит с ней в этот момент. Но словно изголодавшаяся по столь сильным ощущениям, продолжала стоять на месте не в силах шагнуть прочь. Напряжение между ними с каждым мигом возрастало. Поля буквально кожей ощущала, что внутри Веймара сейчас идет самая настоящая борьба. Только за что? И почему он гонит ее, а сам при этом держит, не давая уйти.

— Последнее драконье предупреждение, Полина, уходи, — а сам сжал пальцы на ее запястье крепче.

Словно собственное тело шло вразрез разуму. Или он так играет с ней?

Интересно, а крутить романы с руководством в этом мире не порицается?

— Не могу, — отозвалась она, наконец.

Дарен распахнул глаза.

— Сама напросилась, — он решительно шагнул к ней, окончательно меняясь. Теперь он весь был покрыт чешуей, блестевшей в свете местных ламп.

Только центр лица оставался чистым от нее, в то время даже как до пальцев, сомкнувшихся на руке Поли дошел оборот.