На огромном длинном столе стояло в ряд не менее пятидесяти тарелок, а Лучьянно методично раскладывал на каждую из них примерно одинаковое количество овощей.

— Мицио, где моя капоната? — рявкнул Лучьянно не отрываясь и не останавливаясь ни на секунду, а я отмерла и бросилась со всех ног к нему с миской, в которой была ещё одна порция овощей.

— Одна минута! — сообщил Томмасо, а Лучьянно выругался столь грязно, что у меня покраснели уши.

— Мицио, криворукий урод! Бери мою ложку и продолжай! Капонаты везде должно быть одинаковое количество замечу, что халтуришь, убью! Лука, где ты, демоново отродье?

— Я несу жу и розмариновый песок! — раздался вопль Луки за спиной.

— Давай мне жу, а ты бери песок и посыпь одной ложкой каждую тарелку, на которой уже есть капоната!

— Я несу!

— Томмасо, подогрей тарелки, закинь следующие и помоги хотя бы с этим, пока дебилы не набьют руку!

Я еле успела отклониться, когда стол, на котором стояли тарелки, в прямом смысле этого слова вспыхнул от огненной магии и раскалился докрасна.

— До стола не дотрагиваться, нам не нужны ожоги, шевелитесь! — совершенно неожиданно рявкнул Томмасо, который до этого никогда не повышал голоса и мы и вправду ускорились.

— Мицио, я рискну и доверю тебе жу! — сообщил Лучьянно и я поспешила к нему, краем глаза отметив, что на кухне уже начали появляться официанты, и мы, кажется, в самом деле опаздывали. Лучьянно быстро показал мне, каким движением он размазывал по тарелке соус и потребовал повторить, а я возблагодарила свою мать, которая с самого детства мучила меня вышивкой. Ведь именно поэтому у меня были ловкие пальцы и мне не составило никакого труда повторить, то что делал шеф.

— Продолжай! Лука, поторопись! — проорал Лучьянно и, метнувшись в начало стола, принялся выкладывать свинину тут же позволяя официантам забрать уже готовые тарелки.

— Я уже готов! — с удовольствием заметил Лука, который и в самом деле завершил с розмариновым песком.

— Семь минут! — провозгласил Томмасо, а я с ужасом осознала, что всё это нам ещё придётся повторить и не один и не два раза, а восемь!

— Расставляй чистые тарелки, шевелитесь! Каждая минута на счету!

Всё вокруг снова закрутилось, хотя мой мозг уже полностью отключился, а пальцы, казалось, реагировали только на истеричные вопли Лучьянно, потому что по нормальному я уже просто не понимала.

Не знаю, как долго это продолжалось, потому что у меня перед глазами стояли только нескончаемые тарелки и повторяющаяся череда движений.

— Первое местное полностью подано! — провозгласил один из официантов, а на моём лице мелькнула робкая улыбка облегчения. Впрочем, продержалась она совсем недолго.