— Учитывая, что у меня тоже на ушах бриллиантов хватило бы, чтобы машину купить, когда меня в Сочи нашли, это точно он…

— Может, он какой-нибудь охрененно богатый раджа или шейх? — предположила Светик. — Влюбился в тебя и похитил! У них же такое в порядке вещей — раз, и в гарем.

— Мамочки… я не хочу в гарем! Я свободу люблю…

— Ага, — нахмурилась Светик. — Мы тебя не отдадим! Пусть он и самый красивый мужчина из всех, что я в своей жизни видела, но обойдётся без тебя! Ишь, чего удумал! Мою Аньку похищать!

— Но если я не съем сейчас пирожное, умру всё равно, — сказала я.

Светик вздохнула:

— Ох, уж эти беременюшечки, — и пошла к витрине."

"Теребя в пальцах пояс от плаща, я сидела, с опаской поглядывая в край окна. И вдруг увидела его! В кольчуге. Он шагал, осматриваясь, словно ища кого-то. Остановился прямо под фонарём, как специально. Я мгновенно приникла к чужим пальто на вешалке и, затаив дыхание, выглянула одним глазком. Любопытно же! Ему меня отсюда точно не увидеть. И сердце тотчас пропустило удар: боже, какой он был красивый! Статный, высоченный, с широкими плечами и смоляными кудрями, обрамляющими идеальное, но совершенно растерянное лицо. И это он ищет меня? Чтобы снова похитить?! Или Светик права? Боже-боже, что делать, что правильно и что нет?

В животе похолодело, поясница заныла, а кольцо отчего-то стало горячим. Послышалась полицейская сирена, незнакомец обеспокоенно глянул через плечо и побежал по улице. Прочь от кондитерской и от нашего двора. Не раздумывая, я бросилась к окну: посмотреть, куда. И вдруг больше, чем пирожных, отчаянно, невыразимо, вплоть до невозможности дышать захотелось видеть его ещё! Но он исчез…

* * *Пролетев несколько кварталов, Иррандо приземлился на крыши низких одинаковых построек и обернулся в человека. Издалека послышались звуки сирен — таких же, как у машины ловцов на разбойников, которые наставили на него непонятное оружие, когда он выдохнул струю огня на чернокурточников.

Двое мужичков выглянули из-за старой машины и вытаращились на него.

— Михалыч, я говорил, вторая бутылка лишняя! Палёную купили, с кружочками…

— Однозначно. Раньше были белочки, а теперь драконы, — хмельным голосом нараспев отозвался второй.

Иррандо спрыгнул с крыши на землю и побежал в плохо освещенный двор. Но там за ним ринулась крупная собака, утягивая на поводке хозяйку.

— Фу, Богар, фу! — завизжала она, пытаясь притормозить пятками.

Распахнулась дверь прямоугольного дома, на крики выглянула согнутая пополам бабушка с клюкой. Иррандо скользнул мимо неё вовнутрь и помчался наверх по ступеням. Мимо наполовину выкрашенных синих стен, разрисованных неприличными рисунками, мимо темнокожего парня в фартуке в цветочек и с половником в руках.