Да, такая статная женщина с высокой грудью и тяжёлыми золотыми косами, с таким точёным лицом и чувственными губами, с белой кожей и фиалковыми глазами не должна прозябать в постели одна. Она провела пальцами по центру зеркала — редкому и чрезвычайно ценному подарку от скончавшегося супруга, — и увидела стройного юношу, явно изнывающему от ожидания на том конце магической связи. Он был в голубом балахоне, но без вышитого золотого Ока. Ещё ученик, пусть и талантливый. Горячий, но Иррандо в подмётки не годится. Ладно, за временным неимением лучшего…

— Дорримондэр, отчего ж ты не приехал к моему крыльцу? — томно сказала леди Мариорра, поправляя прядь золотых волос у виска. — Неужели ты заставишь меня ждать?

— О нет, прекраснейшая, я уже близко, всего в двух номилях от вас. Я лишь ждал, когда вы призовете меня, моя госпожа.

— Так иди же! — поманила она рукой и, бросив рассеянную улыбку, пошла вглубь комнаты — к огромной кровати под расшитым серебром балдахином.

— Я бегу, я лечу, о госпожа! — пылко воскликнул юноша и исчез.

«Этот тоже сделает ради меня всё, что ни попрошу, — удовлетворенно усмехнулась коварная красавица, — а у него есть доступ в покои избранников. Что ж, леди Анна, берегись! Иррандо будет моим и только моим! Тебе не отнять его у меня! Дррянь летающая…»

Глава 1

— Ну, Иррандо, ну, прекрати! — смеялась я, вновь пойманная в его объятия. — Нам надо собираться на приём. Разве его Величество будет ждать, когда мы до…

И как тут договорить, когда губы так сладко запечатываются поцелуем? Ммм… Я снова опьянела, веки сами закрылись, пальцы потянулись к его взлохмаченным вихрам. Боже… как хорошо… Король подождёт…"

"Иррандо подхватил меня, как игрушку, и вернул на шёлковые простыни. Тело со сладким трепетом выгнулось в его руках. Вновь полетела в сторону его рубаха и моя сорочка. Мы так никогда не оденемся! И опять мир за прозрачным пологом кровати оказался забыт и брошен. Иногда мне даже стыдно, что мы проводим здесь так много времени… Стыдно и вкусно…

— В конце концов это наш долг перед страной, — с хмельной улыбкой проговорила я.

— Ты меня с ума сводишь, — прошептал Иррандо и томно прорычал: — Моя Анрри-и-ита…

Боже, какая у него кожа… атласная. Никогда не перестану изумляться! Губы оставляют то лёгкие, то влажные следы на теле. Кожа скользит по коже… Моя светлая по его бронзовой. Едва касаясь, нежно, и вдруг требовательно, жадно. До сплетения и ритма. До совместного взрыва и головокружения, до полёта. Ааа-ах!

Каждый раз с ним будто впервые… Ненасытно, яростно или плавно, танцующе, будто под звуки вальса над цветами корделии. А бывает и совсем медленно, смакуя удовольствие и созерцая друг друга.