Виска коснулись горячие пальцы, нежно погладили, спустились по щеке к подбородку, очертили его.

Нет, не буду открывать глаза – мне слишком хорошо, чтобы вот так взять, и все испортить.

Пальцы прогладили шею, задержались в ямке у основания и снова скользнули к подбородку. К уголку глаза прикоснулись теплые губы.

Постояли, словно прислушиваясь, тронули веки, прошлись по бровям и спустились к щеке, поглаживая и осторожно прихватывая кожу.

«Поцелуй меня» – заныла душа, вдруг остро захотев то, чего в моей жизни почти не было.

Словно услышав, мужские губы тронули мой рот.

 Легко, невесомым приближением губ к губам. Огладили дразнящим движением, почти без касания, лишь дыханием на двоих.

«Пусть поцелует по-настоящему!» – мелькнула шальная мысль, и губы мужчины захватили мои ждущие, приоткрывшиеся навстречу губы.

Втянули их нежно и властно, словно только и ждали момента подтвердить свое право ими владеть.

И отпустили, чтобы тут же раздвинуть языком, по-хозяйски ворваться внутрь. Гладя мой рот, касаясь нёба, зубов, исследуя обратную сторону губ и заставляя меня стонать и цепляться за его плечи судорожными пальцами.

– Лиззи, моя красавица. – жаркий шепот опалил не губы, а кажется само сердце, заставив часто задышать – о, боги, как же это было правильно и хорошо.

Я давно забыла, что должна притворяться спящей, потянула его к себе и снова распахнула губы, приглашая и предлагая…

– Крикуха, с ума сошла?  Ты с кем лижешься, дурында? Неужто передумала за ректора выходить? – шарахнул по ушам противный голос.

Почему, ну почему все хорошее в моей жизни обязательно заканчивается какой-то дрянью?

Я замерла и с трудом выпутавшись из своих чувств, попыталась выбраться из рук наглого гада, который так упоительно целуется.

– Родерик, нам нельзя. – я сколько могла, отодвинулась от него и повернулась в сторону, откуда звучал противный голос.

Краснорожий демон вольготно раскинулся в мягком кресле напротив кровати, на которой я, собственно, и лежала в обнимку с Родериком Сторвиллом.

На коленях у винторогого сидела моя Тучка, и блаженствовала, пока когтистый палец почесывал ей спинку. Точно спелись, парочка нечисти.

– Лиззи, все в порядке? – Родерик приподнял мое лицо за подбородок и заглянул в глаза. – Ты так резко отстранилась…

А что еще мне оставалось: не буду же я целоваться на глазах у изумленной публики.

– Прости, Родерик, это была ошибка. Больше такое не повторится. – твердо пообещала не знаю кому. То ли ему, то ли себе…

Мужчина кивнул:

– Конечно, ты еще совсем слабенькая после обморока, а поцелуи требуют силы. Ничего, мы с тобой все наверстаем. – уверил меня этот несносный человек. Человек?"

"– Родерик, ты что, дракон? – вспомнив свою недавнюю догадку я решила сразу расставить все точки в нужных местах.