Солара напряглась и еле слышно пробормотала:

– Ты так сделал, потому что Родерик не твой родной сын.

Дангор услышал. Нахмурился и холодно произнес:

– Прости, дорогая, но интересы государства мне важнее любых личных. И будь Родерик хоть трижды моим сыном, я поступил бы точно так же.

Елизавета

Я нервно дернулась и листы с контрольными выпали из разжавшихся пальцев, проворными птичками разлетаясь во все стороны.

Да чтоб тебя, Родерик Сторвилл! Ну зачем ты здесь? Не хочу смотреть в твою сторону. Не смотреть, не смотреть!

Я присела и начала собирать результаты умственных потугов своих студентов, гадая, что ему здесь понадобилось… Ведь почти неделю не виделись, и все было прекрасно.

Уже  и первое собеседование претендентам на мою драгоценную руку, то есть, лапу, назначено: нашлись, нашлись в списке еще два ректора, кроме Стенфила Грраниса!

Вот с них и хотела начать, причем уже сегодня. А Сторвиллу ничего не светит – его вообще в числе кандидатов больше нет.

Я потянулась к залетевшей под стол контрольной, заползла под столешницу по самый пояс. Но когда начала выбираться обратно, уткнулась пятой точкой во что-то твердое, не пускающее дальше.

Наверное, это смотрелось очень пикантно – из-под стола торчит моя откляченная задница, упираясь в ноги гада Сторвилла. А сам он стоит и издевательски тянет:

– Хорошо смотришься, Лиззи. Такая поза тебе о-очень идет. Ты выглядишь такой милой и послушной, – как раз то, чего тебе не хватает.

Пришлось опять лезть под стол, там разворачиваться, благо пространство позволяло, и выползать уже головой вперед. Контрольные, правда, опять рассыпались, зато теперь я стояла лицом к лицу с этим… типом.

– Что-то забыл тут, Сторвилл? И вообще, где моя охрана? – наше королевское величество выделило мне телохранителей.

Так что теперь за мной всюду таскались, по очереди сменяя друг друга, два устрашающего вида мужика, какие-то крутые маги.

– Спит твоя охрана, Лиззи. – ой, не нравится мне этот тон. А вдруг после того, как его привязку ко мне убрали, чувства поменяли вектор и теперь он меня хочет убить? Тогда печаль, мне с ним не справиться.

Я попробовала бочком двинуться прочь, но меня тут же подхватили за талию и усадили на стол, раздвинув мои ноги. Между них снова вклинился Родерик Сторвилл и наклонился к моему лицу.

Я бы посмеялась, что меня накрыло дежавю, – парта, я, Родерик между моих ног, – все это уже было. Только вот выражение его лица не способствовало шуткам.

– Ты что натворила, Лиззи? – прорычал гад мне в лицо. – Зачем ты это сделала?

– Родерик, уточни, что именно ты имеешь в виду – я старалась быть спокойной.

– Не помнишь того, что сделала? – голос злющий, а виски покрылись чешуей, и глаза зазолотились, – ну правда, очень красиво!

– Неа, не помню.