— От всех четверых! — радостно сообщила гномка и полюбовалась выпученными глазами родителей моих бывших мужей.

— Как… необычно… — мечтательно разрумянилась мама Лёни. — Но это же неприлично! — спохватилась она и сделала осуждающее лицо, хотя я успела заметить блеснувшую в глазах зависть.

— Ничего неприличного! — вступилась за меня Хеля. — Наша малышка до сих пор девственница.

— Бред какой-то! — буркнул сердитый папаша Дрюни.

— Нет, всё абсолютно научно и проверено самыми точными артефактами, — снова подал голос Менторис и на несколько минут завёл свою наполненную сложными формулировками речь, от которой начали слипаться глаза почти у всех сидящих.

Кстати, оба храмовника присоединились к нашей компании и с интересом выслушали лекцию, кивая в особо заковыристых местах, где остальные окончательно запутались в терминах.

— Да, очень интересный случай! — заключил жрец в сером. — И вполне рабочая теория.

— Но что же теперь делать? — забеспокоилась тихая мама Кузи, до этого совершенно незаметная на фоне своего огненного супруга.

— Всё уже сделано! — торжественно объявила гномка, будто это она собственноручно решила сложную проблему. — Мальчики по очереди женились и развелись. Теперь их отпрыски не станут бастардами.

— Четыре мужа! — мама Лёни снова впала в восторженное состояние. — И четыре развода. Это самая необычная судьба. Надо обязательно написать роман. Только без разводов.

Все обернулись к размечтавшейся начинающей писательнице. Но озвучить общее недоумение решился только папа Дрюни:

— Многомужество у нас запрещено!

— Так я отправлю героев путешествовать по миру, а в Демонии можно всё, — деловито сообщила блондинка, уставившись куда-то на сводчатый купол храма, пребывая в мечтах о будущей славе.

— Ну, далеко не всё, — поправила её леди Кастарция. — Но да, многомужество и многожёнство пока не запретили. Хотя всё меньше желающих вляпываться в столь сложные отношения. Вы не представляете, какие коллизии при разводе это сулит.

— О! Я бы почитал на досуге что-то из судебной практики Демонии, — Трандиль придвинулся к моей опекунше и даже едва заметно подмигнул.

— Заходите как-нибудь в гости, у меня где-то были старые конспекты, — вернула ему улыбку Кастарция.

— Подождите! — прервала романтические настроения мама Валеры. — А с кем будут проживать дети?

Диван Диваныч закусил губу и уставился на секретаря. И тот не подвёл:

— Согласно уложению от восемьсот пятого года в случае, буде драконица, побывавшая в законном браке, осталась одна и родила в разумный срок наследника, оный ребёнок остаётся на попечении драконицы, но при финансовом вспоможении родственников мужа. Там, конечно, имелась в виду гибель супруга. Но и для развода подойдёт.