— Мамочки, да что же это приключилось! — У старшей были сухие глаза плакальщицы и тонкий голос — Антона она не слышала. — Ведь на свадьбу сироте-то насобирали-и-и…

Невеста теребила платок, видимо, с детских лет привыкнув во всем полагаться на сестру.

— Прошу вас, — вмешался Денисов, — что находилось в чемодане?

Из-под черного плюшевого жакета появилась на свет перегнутая ученическая, в линейку, тетрадь с записями:

«…Фата — 11 руб.

Туфли белые — 31 руб.

Гипюр — 5 метров.

Два зол. кольца…»

— …Платье белое из салона новобрачных. В первый день брали. Пододеяльники, полотенца, подзоры… У нас уж так заведено, чтобы все невестино! Подарок жениху, подарок родителям…

— Может, вы в другую ячейку положили?

— Вчера открывали — все на месте лежало… И сегодня с утра проверяли!

— Сегодня? В какое время?

— В пол-одиннадцатого!

— Какой вы шифр набирали? — спросил Антон.

— Один-девять-пять. И четыре.

— Снаружи он не оставался?

— Я его снаружи весь перешорудила. Снаружи у меня стояло ноль девять восемьдесят семь. Это я точно помню… Дальше-то теперь что делать?

В голосе старшей сестры послышалось отчаяние. Невеста сказала:

— Не судьба. Не пойду замуж.

— Осмотрите соседние ячейки! — Что-то запершило у Денисова в горле. Не ожидая, пока Порываев начнет ключом открывать камеры, Денисов пошел вдоль отсека.

У выхода его догнал Антон.

— Старшая запомнила человека, который стоял у соседней ячейки. Он один мог подсмотреть шифр. Вот приметы. Память у нее отличная. Заметил? Больше никого не было — только этот человек и работники автокамеры…

— Поставь в известность начальника розыска и дежурного…

«…Блуждающий форвард из меня аховый!»

Он вышел на перрон."

"Впереди виднелся огромный, опутанный рельсами, акварельно-синий парк прибытия. Краски на станции никогда не повторялись. Денисов видел ее графитно-серой, туманной и прозрачно-сиреневой. Сегодня она казалась синей над полосами отполированных рельсов. Завтра могла легко стать аспидно-черной.

«Значит, сегодня это сделано путем подсмотра, — без особой, впрочем, уверенности уточнил Денисов. Это была уже третья версия преступления. — Как будто выслеживаем невидимку. Ни одного свидетеля, который хоть что-нибудь видел!»

На междупутье несколько уборщиков в оранжевого цвета робах жгли мусор. Сухой белый дым стоял, как воткнутая в снег палка.

Станция не пустовала ни минуты. Под Дубниковский мост медленно втягивалась очередная электричка. Стекла ее задней, нерабочей, кабины мерцали, как странный неживой глаз огромного пресмыкающегося.

На другой платформе Денисов снова увидел обеих потерпевших. Они шли в отдел милиции в сопровождении младшего инспектора розыска.