— Просто это показалось мне само собой разумеющимся. Труднее всего определить, какую роль в деле сыграл сержант Доукс.

— Великий Иисусе! — воскликнул Кайл и снова сжал кулаки.

Дебора посмотрела на меня и рассмеялась. Это был не тот смех, каким она одарила Кайла, но я обрадовался, поскольку теперь она сможет вспомнить, что мы играем в одной команде.

— Я же сказала тебе, что он в этом деле очень хорош."

"— Великий Иисусе, — повторил Кайл, двигая указательным пальцем так, словно нажимал на невидимый спусковой крючок. Затем, обратив свои темные очки на Дебору, сказал: — Ты права.

 — Он насупившись пялился на меня с таким видом, точно ожидал, что я вот-вот кинусь наутек или заговорю по-арабски. Не дождавшись ни того, ни другого, кивнул и спросил: — При чем здесь сержант Доукс?

— Ты же не пытаешься утопить сержанта Доукса в дерьме? — спросила Дебора.

— В конференц-зале капитана Мэттьюза, когда Кайл впервые увидел сержанта, у меня возникло впечатление, что они узнали друг друга.

— Я не заметила, — нахмурилась Дебора.

— Ты занималась тем, что краснела, — усмехнулся я, и она опять залилась краской, цвет которой показался мне чрезмерно густым.

 — Кроме того, Доукс был единственным, кто знал, кому следует звонить, увидев подобное преступление.

— Доуксу действительно кое-что известно, — признался Чатски. — Благодаря военной службе.

— Что именно? — спросил я.

Чатски одарил меня долгим взглядом, или, если быть точным, это сделали его солнцезащитные очки. Он постукивал по столу пальцем, и солнце сверкало в большом бриллианте идиотского перстня. Когда Чатски снова заговорил, мне показалось, что температура за нашим столом упала по меньшей мере на десять градусов.

— Приятель, — произнес он, — я не хочу причинять тебе неприятностей, но ты должен оставить это дело. Отойти в сторону. Найди себе другое хобби. Если ты этого не сделаешь, то окажешься в дерьме, и тебя сольют в унитаз.

Прежде чем я успел придумать какой-нибудь блестящий ответ, у локтя Кайла возник официант. Темные очки Чатски продолжали смотреть на меня. Затем они взглянули на официанта, и их владелец сказал, передавая официанту меня:

— А буйабес тут действительно хорош.

Дебора исчезла до конца недели, что отрицательно сказалось на моей самооценке, поскольку, как ни ужасно это признавать, без ее помощи я оказался в тупике. Я никак не мог выдумать план, с помощью которого можно было бы отправить Доукса в сточную канаву. Сержант постоянно находился рядом. Он торчал в машине под деревом напротив моего дома и следовал за мной до жилища Риты. Мой некогда гордый ум ловил себя за хвост, но не мог схватить ничего, кроме воздуха.