Если научное исследование не помогает, остается уповать на удачу. Элементарно, дорогой Декстер. Мой палец остановился на фамилии Ингрем. И это уже нечто определенное. Разве не так? Именно. Точно так, как я — норвежский король Олаф.

Я поднялся со стула и подошел к окну, из которого столько раз смотрел на коричневый «таурус» Доукса. Сержанта на противоположной стороне улицы не было, и очень скоро, если я его не найду, его вообще нигде не будет. Он хотел видеть меня мертвым или заключенным, и я бы чувствовал себя более счастливым, если бы он исчез. По частям или целиком — значения не имело. И вот, несмотря на это, я тружусь сверхурочно, заставляя мощную умственную машину Декстера ради спасения сержанта мчаться со страшной скоростью. И все лишь для того, чтобы он мог меня убить или бросить в тюрьму. Не стоит ли после этого согласиться с мнением Декстера, что люди вообще склонны переоценивать саму идею жизни?"

"Эта парадоксальная, полная иронии ситуация заставила почти полную луну выглянуть из-за деревьев. И чем дольше я смотрел из окна, тем сильнее на мои плечи давила старая, злая лунища. Всего несколько минут назад она бессвязно лопотала что-то, находясь за горизонтом, и вот, открывшись взору, обожгла мой спинной мозг, вынуждая к немедленным действиям. Схватив ключи от машины, я двинулся к двери. Почему бы в самом деле не проехать туда и не убедиться во всем лично? Это займет не более часа, после чего я могу поделиться ходом своих рассуждений с Деборой и Чатски.

Я понял, что идея понравилась мне потому, что поездка казалась легкой и не занимала много времени. Она вернет мне с таким трудом завоеванную свободу и даст возможность приступить к играм с Рейкером. Более того, у меня вдруг возникло желание принять немного аперитива. Почему бы мне слегка не разогреться на докторе Данко? И кто осудит меня за то, если я поступлю с ним так, как он поступает с другими? И если, чтобы добраться до Данко, я должен спасти Доукса, то пусть так и случится. Ведь никто не смеет утверждать, будто жизнь лишена недостатков.

Итак, я двинулся на север по Дикси-хайуэй, а затем до дамбы на Семьдесят девятой улице. Дамба, в свою очередь, привела меня в Майами-Бич, в Норманди-Шор, где обитал Ингрем. Я свернул на нужную улицу и медленно проехал мимо дома. На подъездной аллее стоял темно-зеленый микроавтобус, похожий на тот, который несколько дней назад разбил доктор Данко. Он стоял рядом с новеньким «мерседесом» и выглядел в этой стильной округе неуместно. Отлично. Темный Пассажир начал бормотать что-то, подталкивая меня на немедленные действия, но я проехал мимо дома до изгиба улицы и остановился на незастроенном участке.

Зеленый микроавтобус, судя по благосостоянию округи, был здесь чужаком.