— Верно, не только из-за денег, — наконец, произнес он. Отцепив от пояса флягу в холщовом чехле, он вдоволь напился и вытер губы ладонью — Тут, Паха, целая история…

— Да ну? — длинноволосый деланно удивился.

Берест, казалось, не заметил этого. Взгляд его стал холодным и жестким; он посмотрел в прогалину между ветвями кустарника, и обернулся к товарищу.

— Полгода назад я подкупил служителя архива в Белом городе, и кое-что узнал. Поначалу и сам не поверил, но древние летописи не врут. Мой дед тоже был скопулистом.

На этот раз удивление Пахи было искренним — он замер с полуоткрытым ртом.

— Когда Правитель повелел изложить все, что ему известно о богине Клео, дед не стал спорить. Уж не знаю почему, но, думаю, на то были причины. Но ничего сделать не успел — его убили. Догадаешься кто?

— Так этот мальчишка… — начал было Паха.

— Именно, — перебил его Берест. — Он внук убийцы.

— Ничего себе новости!

— Полгода я присматривал за мальчишкой и его отцом. Сам понимаешь, нужна была причина. И она нашлась. Отец его любил совать нос во все дыры и полез в Древний город. Ну, дальше сам все понимаешь. Я как чувствовал, что он отправится к Святилищу.

— Он что-то нашел в Древнем городе? — сказал Паха.

— Не знаю, — пожал плечами Берест. — Что там можно найти? Руины мхом да травой поросли.

— Тогда зачем мальчишке отправляться к Святилищу, рисковать и проделывать неблизкий путь? — бросил в ответ Паха. Было видно, что ситуация заинтриговала его. — Просто помолиться Клео? Тебе не кажется, что здесь что-то не так?

— Я не думал над этим! — возразил Берест. — Вот возьмем мальчишку и вытрясем из него все, что хочешь! А затем сдадим страже, получим три сотни монет и освобождение от налогов на год!

— Его еще поймать надо, — пробормотал Паха, думая о своем.

- Не думаю, что придется долго искать, — сказал Берест, и, раздвинув ветви кустарника, шагнул из зарослей.

Фигура Антона, идущего среди невысокого зеленого травостоя, была видна небольшим серым пятном.

— Прыткий оказался, — произнес Паха, покачав головой. Сощурившись от яркого света, он рассматривал темную громаду Святилища вдалеке. — Нет, Берест, все не так просто, нутром чую…

— Значит, сделаем так, — Берест никак не отреагировал на замечание товарища. — Смотри, возьмем сейчас правее — там заросли кустарника далеко тянутся. Дальше должна быть древняя дорога. Доберемся до нее, там до Святилища рукой подать. Давай, пошевеливайся!

Через несколько минут, изорвав одежду о колючий кустарник и тяжело дыша, они выбрались из зарослей. Паха, переводя дух, присел на корточки. Берест, хрипло дыша, бросил взгляд на луговину.

— Еще немного, — сказал он. — Вон дорога!"

"Паха, посмотрев, куда указывал Берест, не увидел ровным счетом ничего.