– Что, звонить прокурору? – Она вынула из шубы мобильный и защелкала клавишами, отыскивая номер прокурора.

– Не надо, – перехватив ее руку, попросил старший лейтенант. – Можете ехать, госпожа Коваль.

Марина рухнула на сиденье, застучав зубами от холода и высокой температуры. В экстремальной ситуации она всегда мобилизовывалась, открывая в себе скрытые возможности, но запала хватало ненадолго, Марина раскисла сразу же, как только опасность миновала. Хохол сел к ней, укутав снова в дубленку и куртку.

Проглотив очередной аспирин, Коваль забралась на сиденье с ногами и задремала, свернувшись клубком и положив голову на колени Хохла.

Что и требовалось доказать – любовь к поездкам с ветерком при открытых окнах вышла боком, да еще каким – очередная пневмония не заставила себя ждать, и Марина почти три недели прометалась дома в постели с высокой температурой и разрывающим грудь кашлем. Хохол, как настоящая сиделка, проводил возле нее все дни и ночи, кормил с ложки и заставлял пить таблетки. Раз в день приезжал доктор, ставил капельницу, колол антибиотики, Марина уже и сесть нормально не могла, чтоб на шишку не наткнуться.

Только через две недели она впервые почувствовала себя более-менее нормально и с самого утра занималась делами, сидя в постели с телефоном.

– Заколебал, спортсмен хренов! – пробурчал вошедший Хохол, поставив ей на колени поднос с едой – близился обед. – Такой стал деловитый, как и правда главный тренер!

– Чего ты взъелся? Мужик душой за дело болеет, в своей стихии находится, это ведь хорошо, – протянула Марина, поняв, что в очередной раз приезжал Марадона, которого Женька снова выгнал.

"

"– Что ж он тогда раньше-то в своей стихии не задержался, а? Когда рядовым футболистом грязь на газоне месил? Я тебе скажу – бабла захотелось, прибился к твоим, приподнялся немного, теперь можно и заново футболом увлечься, тем более – тренером поставили! – Хохол сунул Марине в руку ложку и пиалку с супом: – Давай, не сиди, остынет же!

– Ты чего такой возбужденный, а, Женька? – поинтересовалась она, помешивая ложкой суп, не в силах заставить себя съесть хоть немного. – Случилось что-то?

– Нет, просто бесит меня все это – даже заболеть тебе нельзя, чтобы просто отлежаться, чтобы не беспокоил никто, не приезжал и не наседал с делами.

Думаешь, тут только Марадона? Там посетителей – как в Мавзолей к Ильичу!

– Вот спасибо! – обиделась Коваль. – Очень удачное сравнение – с мертвецом! Не дождетесь!

– Да мы и не ждем! Прости, я не подумал, – взяв ее за руку, произнес виноватым голосом Хохол.

Марина откинулась на спинку кресла, поняв, как сильно устала – слабость во всем теле не давала возможности нормально работать.