— В обычной жизни тебе тоже нельзя перечить? — спросила Дина.

Обратно она шла сама, но опираясь на руку Лео.

— Не желательно, — усмехнулся он. — Но это не карается наказанием.

— А чем?

— Попробуй — узнаешь.

— Хм… Пожалуй, воздержусь.

— И правильно.

На ужин подали горшочки с мясом, овощами и гречкой. И, специально для Дины, сладкий ягодный десерт. Лео спокойно мог бы кормить ее тортами и пирожными, но она склонна к полноте, а чрезмерный вес вреден для здоровья. Вот такая, как сейчас — в самый раз, пухленькая, сладенькая… Он почувствовал, как в паху снова заныло. Но как можно не думать о Дининых формах, когда она такая… Лео сжал вилку и набросился на еду.

Дина поковырялась в гречке и потянулась к сладкому.

— Мне хотелось бы, чтобы ты питалась нормально, — дипломатично сообщил он. — Пожалуйста, доешь свою порцию.

Она послушалась, но все же поинтересовалась:

— А ты уверен, что сейчас ты Лео, а не Мастер?

— Я всегда и то, и другое. Разница лишь в моей подаче и твоем восприятии.

Дина задумалась и больше вопросов не задавала. После ужина он разрешил ей потискать собаку — исключительно в терапевтических целях, а потом отправил отдыхать.

Пока они ужинали, Аннушка успела разобрать покупки — костюмы и платья повесила на плечики, белье и прочие вещи положила на полки. И оставила Дине на выбор брючный костюм и платье.

— Брючный костюм, — выбрала Дина.

— Пожалуй, да, — согласился и Лео. — Аннушка, приготовь его на утро, и вот эту блузку. И да, будешь следить за вещами нашей гостьи.

— Нет! — сказала Дина.

— Да, Мастер, — ответила послушная Аннушка.

Он оставил их договариваться о мелочах и аксессуарах и отправился к Соне. Отложенное дело нельзя оставлять до завтра.

— Оля где?

— На кухне, посуду моет.

— Скажи ей, пусть потом спускается в подвал.

— В подвал?!

— Соня, не зли меня. Мне вторая серия ни к чему. Или тебе объяснить?

— Простите, Мастер. — Она тут же стушевалась. — Я не подумала. Да, вот список звонков.

Лео взглянул на список, выбирая самое важное и неотложное. Кое-куда пришлось перезванивать сразу, пару звонков он отложил на завтра, а с Павлом решил связаться, как только освободится.

Когда он спустился в подвал, Оля уже ждала его там. Вид, как и полагается, несчастный, взгляд — виноватый. Кто бы подумал о его состоянии! Ведь так легко сорваться, причинить ненужную боль тому, кто этого совсем не заслуживает. Ваза дорогая. Проступок серьезный. Но его чувства и эмоции не должны влиять на наказание.

Ольга получила свою порку, прощение и приказ немедленно идти отдыхать. Лео отдал Соне распоряжения на завтрашний день и ушел к себе. Павел успел позвонить раньше, чем он набрал его номер.

— Ты куда исчез? — спросил старый друг, едва поздоровавшись.

— Да так… закрутился.