Ты первый, выходит, приехал? – Бык обвел взглядом территорию перед рестораном.

– Ага. Хотел осмотреться. Настроили здесь… Не узнать. Я уж хотел сказать таксисту, что он меня не туда привез. А потом разглядел-таки знакомые пики.

– На самом деле это – небольшая часть большого проекта. Но тебе об этом лучше с Юль Санной поговорить.

– С Юлькой, что ли? Карауловой?

– Ну, положим, теперь Быковой. Ты ж и свадьбу нашу пропустил. Кстати, зря. Было весело. – Бык растянул губы в улыбке и перевел взгляд на симпатичную русоволосую девушку, которая выглянула из ресторана и, ускорившись на ступеньках, кубарем влетела прямо в его раскрытые объятья.

«Хорошенькое дело, – подумал Кравец. – Интересно, как Юль Санна смотрит на такие вот обжимания?»

– Ну, все, все! Метелка, слезай с отца! Тебе уже не два года, и даже не десять, – пропыхтел Роман.

Чего? С отца? Это что… это дочка Ромки?! Кравец застыл, ну, точный придурок, с открытым ртом. Мелькнула мысль, что и у него уже могла быть такая дочка, сподобься он залететь в выпускном классе. Охренеть. Нет, Женя, конечно, знал, что у Юльки с Ромкой родилась девочка, просто не был готов к тому, что она такая… такая… Большая! С формами, накрашенными губами и ресницами. Ни хрена себе!

Пятнадцать лет прошло с выпускного. Пятнадцать лет… Оказывается, вон, как это много – целая жизнь. Вот такой симпатичной девчушки.

– Познакомься, Кира. Это мой друг Евгений Васильевич Кравец.

– Так вот ты какой! Я столько о тебе слышала, что кажется, будто мы знакомы, – открыто улыбнулась Кира.

– Правда? – Женя стушевался! Серьезно. Не из-за девочки, а потому, что его, оказывается, регулярно вспоминали друзья, о которых он сам забыл и думать.

– Кира! Ну-ка прекрати тыкать! Это неприлично.

– Да пускай, – пожал плечами Кравец, –­ не такой уж я и старый.

Ага. До недавних пор он вообще-то считал, что у него все впереди…

– А вот и Юль Санна…

Кравец обернулся. Из шикарного Мерседеса вышел водитель, открыл дверь, из которой тут же выкатились девчушка в яркой розовой курточке и мальчишка поменьше.

– А вот и мы! – заорала детвора. – Папа-папа! Я пелвый!

– Нет, я.

– Нет, я!

– Мама, эта вонючка бросила в меня снегом!

– Брось в нее, – философски заметила Юль Санна.

– Не слишком ли кровожадно? – улыбнулся Кравец, обнимая свою давнюю подружку.

– Я не теряю надежды, что они друг друга поубивают, и я, наконец, заживу по-человечески, в тишине и покое, – мрачно заметила та.

– Я все слышу, мама! – возмутилась Кира.

– О, ты уже готова? Ну, тогда собирайтесь, Геннадий Борисович отвезет вас домой.

– Да мы и пешком можем, тут недалеко. И погода хорошая.

– Ну, смотрите сами. Мне, когда вы на машине, спокойней. Ксюша, Матвей, хватит баловства. Вас Кира отведет домой. Обязательно ее слушайтесь.