Я глазам своим не поверила, когда спустя две минуты Ламея не просто обернулась, но прочно стояла на лапах своего дракона. И его глаза… Они больше не были красными. Карамельные!

— Имя тебе — Цераз! — звонкий голос Ламеи шел откуда-то изнутри мощного и невероятно красивого тела дракона.

— Да будет так, хранительница! — громогласный бас, от которого веяло силой.

Он принял ее! Черт возьми, он действительно принял Ламею как свою хранительницу!

Глава восемнадцатая

Личные покои ректора

— Как он? — спросил лорд Арван, заходя в одну из своих гостевых спален.

— В порядке, — леди Рудана поправила одеяло на спящем лорде Лейнарде.

 — Поспит и восстановится. Ничего критического нет несмотря на то, что он подставился. Это было так необходимо?

— Руди… — ректор устало выдохнул. — Ты даже не представляешь какое осиное гнездо он расшевелил…

— Идем, поговорим в другом месте, пусть спит, — леди Рудана обошла кровать и потянула мужу за руку. — Ему действительно ничего не угрожает. Физически он совершенно не перенапрягся.

— А магия?

— Магия… — женщина вздохнула и подтолкнула мужа к двери. Только после того, как они покинули спальню, она заговорила.

 — Был задействован весь резерв. Удар сплетением двух противоположных энергий оказался мощным, но…

— Что «но»?

— Знаешь, Лейна хранят боги… Баланс не нарушен, каналы в полном порядке, а истощение ерунда, узлов и тех нет, хотя должны были появится…

Леди Рудана подвела мужа к дивану и первой в него опустилась.

— Магическая энергия накапливается очень быстро. Когда ты привел его, резерв был пуст, сейчас он заполнен почти на треть.

— Стремительно…

— Верно, и может, с какой-то стороны меня это беспокоит, все же даже для его уровня такое восполнение магии чересчур быстро…

— А с другой стороны?

— Это подтверждает мои мысли о том, что Лейн особенный и боги хранят его.

— Знать бы для чего… — Покачал головой ректор. — Ты же понимаешь тех, за кого заступаются боги, ждут испытания…

— Знаю, и верю, что он справится. — Женщина потянулась к столику, на котором стоял поднос с ужином в стазисе. — Садись, нужно поесть. А заодно расскажи, о чем ты говорил. Какое гнездо?

— Осиное, а по мне так полное дерьма, — в сердцах воскликнул ректор и тут же смутился.

 — Прости, Руди. Но мысль о том, что натворили великие рода, приводит меня в ярость…

— Ничего, Арван, — леди Рудана тепло улыбнулась и протянула мужу столовые приборы.

Сама разлила чай по чашкам. Устало вздохнула, подумав, что сегодня для всех очень непростой вечер, который будет иметь последствия. И вряд ли приятные.

— Рейтинг изменен, — после того, как утолил первый голод, нарушил тишину ректор. — Пять родов больше не входят в тридцать сильнейших. И это только у нас.