И сейчас я говорю чистую правду, и в дальнейшем ты никогда не услышишь от меня ничего, за исключением правды. Я женился на тебе только потому, что искренне этого хотел. Я хочу остаться с тобой, и только с тобой, на всю жизнь, до своего последнего вздоха.

У нее перехватило дыхание.

— Ты женился на мне из-за меня? — выдавила она из последних сил.

— Исключительно из-за тебя, — подтвердил он. — Я женился па тебе, моя дорогая Лидия, потому что однажды утром проснулся с чувством, что я люблю тебя.

Лидия смотрела на него в немом изумлении, в ушах шумело и звенело."

"- Этого не может быть! — упорно отрицала она, вспоминая при этом, насколько искренним и трогательным он иногда с ней был. — Ты так говоришь, чтобы облегчить мою участь. Чтобы я не чувствовала себя полной идиоткой в ситуации, в которую по глупости завела себя сама.

Иона уже отрицательно мотал головой, не дослушав ее до конца:

— Лидия, давай условимся никогда не говорить друг другу неправды. — Она все еще не могла ему поверить. — Иди сюда. Давай сделаем шаг навстречу друг другу. — Иона улыбнулся, словно наверняка знал, какие муки ей приходилось терпеть. — Я взволнован и потрясен не меньше тебя, — сознался он, словно ее признание в любви могло вынести этого опытного красавца из равновесия. — Может, мы хотя бы снова сядем?

Это предложение показалось Лидии разумным и, самое главное, понятным, а ей так необходимы были доступные для ее понимания слова. Она подошла к стулу, на котором несколько минут назад сидел Иона, и заняла его, намеренно лишая себя возможности оказаться с ним рядом на диване.

Она была уверена, что он расположится именно на нем, но Иона заставил ее сердце забиться сильнее, когда, взяв еще один стул и придвинув к ней, сел напротив. Они почти касались друг друга коленями. Он нежно смотрел ей прямо в глаза.

— Ты позволишь сказать мне, как ты красива? Ты словно солнышко в моей жизни. Я хочу быть с тобой всегда.

О, Иона! Если бы минутой раньше она не села на стул, то, скорее всего, упала бы в обморок. Она изо всех сил старалась не растаять, не поддаться искушению и по возможности сохранить трезвость ума и восприятия.

— Ты сказала, что любишь меня, Лидия, — ненавязчиво напомнил он ей.

— Прошу, не повторяй этого! — простонала она, едва сдерживая слезы.

— Милая, да не смущайся же так! Я сам еще не в силах поверить в это. Но я хочу, чтобы ты знала, что я люблю тебя больше всего на свете.

Лидия ошарашенно смотрела на него огромными зелеными глазами.

— Когда я впервые увидел тебя, семь лет тому назад, такую робкую, застенчивую, но удивительно привлекательную шестнадцатилетнюю девушку, я не мог думать ни о ком другом. Твой образ хранился у меня в сердце долгие годы.

— Ты запомнил нашу первую встречу? — спросила она, вдохновленная его откровениями.