Выталкивай его, помогай сыночки выйти на свет божий. Тужься, девонька, тужься.

Алиса сильней напрягается, собранная и внимательная в такой ситуации, слушает команды врача и мои хилые попытки помочь правильно дышать. Её лицо искаженно муками, всё в испаринах, в глазах виднеются крапинки ляпнутых капилляров. Ей больно, ей невыносимо больно, а я ничего не могу поделать с этим.

Врач произнести слова «последний рывочек», и палату оглушает первый крик нашего сын. Резко поворачиваю голову, бросая взгляд на сморщенный комочек на руках у доктора. Мой сын, наш, оповещает своим криком о рождении. В глазах неестественная муть, часто моргаю, пытаясь разглядеть получше, своего ребёнка. Дышу ртом, и облизываю пересохшие губы с привкусом соли.

— Спасибо, маленькая, спасибо за сына."

"А через каких-то сорок минут, держу на руках запеленатого младенца, он смотрит на меня затуманенным взглядом, на маленьком носике виднеются белые крапинки, а губки причмокивают, ищу мамину грудь. Он такой крошечный в моих руках, и за рёбрами рождается странное чувство, никогда, и никому не позволю его обидеть или навредить. Он мой, мою жизнь. Опять это резь в глазах, от Лисички, что ли заразился. Она блаженно улыбается глядя на нас. Умаялась, бедняжка моя, так сильно намучалась. Подхожу к ней, перекладывая сына в её руки. Он, нащупав сосок, неумело преподаёт к нему.

Присаживаюсь рядом обнимаю сразу двоих, самых важных людей в моей жизни. Прокатываю в голове мысли, как жил без неё все это время, и сейчас не о тех нескольких месяцах, когда потерял её, я обо всех своих сорока годах. Где же ты была всю мою жизнь.

Наклоняюсь и целую искусанные, в родах, губы Лисы. Впервые произношу то, что чувствую уже давно, наверное, с нашей первой встречи.

— Я люблю тебя, моя маленькая, рыжая Лисичка. Ты выйдешь за меня, станешь мой женой.

На глазах Алисы наворачиваются слёзы, а я наивно решил, что мы перешли этот рубеж, не так скоро.

— Я думала, ты мне никогда такого не скажешь. — упрекает, по делу, за мою никчёмную трусость.

— Знаешь, мне кажется, мы спали слишком близко.

— Почему. — спрашивает не понимает к чему я клоню.

— Потому-что твои тараканы должно быть переползли ко мне в голову. — она негромко смеётся, стараясь не разбудит засыпающего сына. — Я так и не услышал ответ.

— Теперь, ты просто обязан на мне жениться. — явно подкалывает за нерешительность.

— И всё же.

— Я тоже очень сильно люблю тебя. — смотрит прямо в глаза. Уверено и что удивительно без слёз. — Я так долго не знала, как испытывается это чувство, и рада, что именно ты научил и показал, как любить. Я согласна, с тобой я согласна на всё.

Преподаю к её губкам, скрепляя поцелуем согласие. Теперь точно и почти официально, Моя.