Подношу магнитный ключик к замку домофона, топаю к лифту и поднимаюсь на третий этаж, можно было и по лестнице, но мне лень. Бренчу связкой, ковыряю в скважине, толкаю дверь.

— Ну, наконец-то! Ты задержалась на пятнадцать минут, а я опаздываю! — с порога негодует Вера, покачивая Стешу на руках. — Получилось? Сумела договориться с Лютольфом?

— Ага… — скидываю сапожки у входа, огибаю девчонок и первым делом мою руки.

Подруге и на работу бежать надо и от любопытства не сгореть бы. Спешно усаживает дочь в манеж, завлекает игрушкой-безделушкой. Суетится, натягивая свитер, но продолжает допрос:

— И как тебе удалось добиться внимания самого Марка Яковлевича? Он же с высоты своего адвокатского Олимпа никого не видит?"

"— Жениться ему предложила. На полном серьезе.

— Брешешь! — забывая о такте, выражается подруга, заглядывает ко мне в ванну.

— Два раза, — и глазом не моргнув смотрю на ее удивленную физиономию через зеркальное отражение, смываю пену.

— Сдалась ты ему, ага… кто ты и кто Лютольф…

— А я тебе что, мышь серая? Почему мое предложение о браке не может быть правдой? Вдруг Марк согласился?

С каменным выражением лица подшучиваю над Верой и тянусь к полотенцу. Девушка, растерявшись, хлопает ресницами, невнятно бормочет, поправляет очки. Подруге еще целый день трудиться в лаборатории, поэтому решаюсь приоткрыть завесу интриги, чтобы Вера остаток времени голову не ломала. Не фантазировала.

— Посуди сама у Марка десятки клиентов и в рекламе он не нуждается. Его телефон ежеминутно разрывается, и мои настойчивые звонки были не исключением. Лютольф отдыхал в Англии, когда я пыталась до него достучаться. Вот чтобы случилось, услышав адвокат в трубке мое нытье про дочь? Не глазей… Послал он меня. Сказать куда?!

— На Кудыкину гору?

— Нет, Вера, похлеще, — встряхнув руками, шагаю из ванной. — Знаешь, Лютольф не актер и не певец, чтобы страдать от назойливых фанаток. А здесь такой интерес. Тайная поклонница. Могу, на что угодно поспорить — Марк сохранил мой номер в записную книжку давно, когда еще был за границей.

— Во дела… на эффект неожиданности зацепила Лютольфа?

— Это только начало. Ты, кажется, опаздывала.

Самодовольно дотрагиваюсь подбородка Веры и закрываю ее разинутый рот. Подруга вздрагивает, приходит в себя, продолжает сборы. Я упираюсь в дверной косяк, наблюдаю за суетой, контролирую, чтобы заполошная Вера ничего не забыла. У нее часто такое бывает.

— Когда-нибудь я обязательно разработаю эликсир молодости, — обувается на пороге. — Из стволовых клеток. Лет через пять, может быть. И Самсонов мне указ.