Конь заволновался, и всаднику пришлось переключиться на его усмирение."

"После петляний коридорами для слуг, во время которых я усмиряла гордость, напоминая себе о своем внешнем виде, мы замерли у двери. Пришлось применить еще один фирменный взгляд, и дверь передо мной все же открыли, пропуская в покои. Судя по тому, с каким грохотом лакей ее захлопнул, он уже жалел о проявленной любезности. Ничего, главное, за мной не пошел и я смогла спокойно осмотреться.

Так-так-так, что же у нас предлагается гостям? Я оказалась в просторной, но немного мрачноватой гостиной. Стены до половины были обтянуты бежевым шелком в мелкий цветочек, ниже – резные панели из темного дерева. Книжный шкаф, зеленые шторы и такого же цвета массивные мягкие диваны. Не изящные, на которых можно только сидеть, а такие, на которых и спать комфортно будет.

«Хотя, если принц своих друзей поит такой же бормотухой, какую мне подсунул, то многие наверняка валятся спать прямо на ковер, не дойдя до дивана», – хмыкнула про себя и принялась осматриваться дальше.

Две картины с морскими пейзажами. Столик с креслами у окна, на полу ковер с длинным ворсом. Из гостиной вела дверь, и я заглянула туда. Спальня оказалась еще мрачнее, в темно-синих тонах. Тяжелые бархатные шторы на окнах, кровать огромных размеров с резными столбиками и балдахином, подвязанным золотыми шнурами с пышными кистями. У стены секретер на изогнутых ножках и с красивой резьбой, я оценила работу мастера. Пройдя дальше, очутилась в ванной, отделанной черным мрамором с золотыми прожилками, и не сдержала смешка. Увидев спальню, уже можно сразу догадаться, какой будет ванная комната. Не знаю, кто занимался интерьером, но он себе не изменил.

Одну стену полностью занимало зеркало, и я ахнула, забыв обо всем, стоило себя увидеть. Волосы растрепаны и всклокочены, на щеке и подбородке грязь, рубаха вся в пятнах. Узрей меня родные, не узнали бы. Срочно мыться! Но прежде я подошла ближе и открыла рот, рассматривая ранку на языке, ближе к кончику. Не все так страшно, как казалось.

– Па-па, – произнесла осторожно. Ободренная удачной попыткой, продолжила: – Вел-лный…

Поморщилась от боли и того, что картавлю имя Верного. Звук «р» из-за ранки оказался недоступным. А значит, и заклинание переноса мне неподвластно. Задумавшись о своем ближайшем будущем, подошла к бассейну и потрогала воду. Теплая. Из пологого выступа на стене текла вода, расходясь веером. Внутри, чуть ниже края бассейна, отверстия, чтобы она не переливалась. Рядом лежали стопочки чистых полотенец, а на широком бортике расставлены баночки с жидким мылом.

Привычной ванны не было, но я не колебалась, стаскивая с себя рубаху и с тихим стоном погружаясь в теплую воду.