Здесь точно надо табличку повесить, то ли указательную, то ли предупредительную: «Место для поцелуев! Даже у демонов крышу сносит. Проверено!»

Подняв глаза выше, я увидела белку, которая зависла над нашими головами, держа в лапках шишку. Поймав мой взгляд, она замахнулась ею, как бы спрашивая, бросать или нет. Я улыбнулась и отрицательно покачала головой.

– Что? – не понял моего движения Ирршаен, отстраняясь и заглядывая в лицо. Я снова глянула вверх, но белки уже и след простыл. Или это у меня «белочка»?..

– Пойдем домой, – произнесла я, не став говорить демону, что видела.

На душе было удивительно светло. И это странно. Ведь у меня есть все шансы стать триста шестьдесят восьмой любовницей, если продолжу в том же духе и не включу голову. Это признание, что нравлюсь, поцелуй… Мы теперь встречаемся?! Я не знала и в то же время не позволяла мыслям о будущем отравить настоящее. Разберемся потом.

Не спеша вернулись в обнимку домой. Я, как и планировала, села учить слова заклинания при инициации. Ирршаен не мешал, разместившись неподалеку с планшетом. Но каждый раз, поднимая голову, я ловила его взгляд и улыбалась.

А он мне – уголками губ.

И его «ведьмочка» звучало непривычно нежно, немного укоризненно, чтобы не отвлекалась, и с явно слышными собственническими нотками. Но я, кажется, была совсем не против, чтобы меня присвоили.

Днем заходила баба Варя, проверить, как мы, и рассказать еще раз сплетню про летающие ведра. Может, хотела посмотреть на нашу реакцию, но нам было все равно. Пару раз заглядывал Василий, но, быстро оценив изменившуюся атмосферу, повздыхал и ушел. Возможно, сыграло роль и то, что я действительно сидела, уткнувшись в тетрадку, и учила.

День пролетел на удивление быстро. Обед и ужин готовили сообща. Даже не целовались больше, но ощущение, что мы теперь вместе, никуда не уходило. Это проявлялось во всем: как он подходил вплотную, чтобы попробовать, что у меня там получается вкусненького, как приобнимал, как целовал в висок или дышал в макушку.

И я перестала ему выкать. Само собой как-то получилось. Возникшее чувство близости мешало, да и не после тех поцелуев продолжать на вы общаться.

Разошлись во мнениях, только когда пришло время спать ложиться. Я отчетливо поняла, что на одной кровати с ним точно не усну, а Ирршаен настаивал, что спать будем только вместе, чтобы ему меня опять не ловить.

Тогда я предложила убрать тумбочку и сдвинуть две кровати. Каждый спит на своей, но через него незаметно точно не проберусь. Он уступил, на том и порешили, сделали перестановку.

Вторым камнем преткновения стала моя ночная рубашка. В лес нужно идти только в ней и без нижнего белья. Моя коротенькая, до колен, его категорически не устроила всем: длиной, открытостью, подчеркивающим фигуру фасоном.