Слегка надавив на спусковой крючок, Константин лишь холодно усмехнулся, заметив в глазах сержанта ужас.

– Какого хрена ты здесь болтаешь, ублюдок? – спросил он совершенно спокойно, поглядывая на других ребят, оторопело отскочивших в стороны. – Если я и кончу вас здесь, то никто и не узнает.

– Товарищ-по… – робко начали они наперебой.

Врезав сидящему рукоятью по черепу и раскроив до крови, Суров толкнул дулом другого, поддел его подбородок и уставился ему в глаза:

– Здесь любая сплетня – государственная тайна, мразь. Знаешь, что я сделаю с тобой за разглашение?

– Этого больше не по…

Суров сложил его пополам ударом под дых.

Схватившись за столешницу, он перевернул стол:

– Какого хрена у вас здесь такой бардак. Сержант!

– Да, товарищ-подполковник! – вскочил на ноги тот, несмотря на заливающую его глаза кровь. – Убрать здесь все и в санчасть. Какого черта ты так саданулся башкой об косяк?

Лейтенант на секунду растерялся, а затем промямлил.

– Не заметил, товарищ-подполковник.

– Нам здесь кровь не нужна. К Рудовой бегом!

Отвесив пинка еще и третьему, он вышел в коридор. Кажется, у Инны сегодня будет слишком много работы – пора бы остановить сплетни, которые плетутся вокруг Эли, словно кокон из паутины. Она не должна чувствовать себя так, будто в чем-то виновата. Если понадобится, он заткнет и Галояна с Сухановым.

Суров хотел прокатиться.

Сидеть и ждать, пока найдут Черникову, – пытка. А ведь уже утро. Где она, черт побери?

– Подполковник Суров! – Воробей поймал его почти у самого выхода. – Вы поедете за Элей?

– Что хотел? – кажется, Суров был способен приревновать ее даже к столбу.

Артем протянул ему пакет.

– Там вода и печенье. Если она захочет есть.

Суров был привычен к жестокости, смерти и боли, но на заботу он порой не знал как реагировать. Что это за зверь такой, вообще?

Он молча взял пакет. По инерции, наверно.

Черт, а ведь он даже не подумал, что она будет голодна. Единственное, что его беспокоило – поскорее забрать ее от чужака.

Он шумно выдохнул, провожая оптика пытливым взглядом.

Ох, ему нужна скорость… чтобы педаль в пол, чтобы ощущение смерти холодило нутро, чтобы чувствовать хоть что-то. Когда Эли нет рядом с ним – он бесчувственный.

И он постоянно вспоминает тот поцелуй.

В его жизни не было ничего более сладкого, чем короткое касание ее губ. Он даже думать боялся, что будет, если между ними произойдет что-то посерьезнее."

"Черт, эти мысли сводили его с ума.

Он выехал с территории базы, точно безумец. Машина рычала, несясь по пустой дороге, мокрая поверхность которой бликовала под лучами белого осеннего солнца. Он хотел бы ехать вечно, пока не вылетит с орбиты. Может Шилов прав, в этом мире для него больше нет места?

Дотянувшись до звякнувшего телефона, он взглянул на экран – фото со спутника.