Он мог бы смотреть на нее бесконечно, наслаждаясь каждой минутой безмятежного покоя рядом с нею.

Укрыв девушку пледом, Влад еще некоторое время посидел у изголовья дивана, борясь с желанием украсть поцелуй с ее сладких губ, и чувствуя, как пах вновь сводит от неконтролируемой эрекции. Да ну на фиг, он лучше выйдет, от греха подальше. Лучше пойдет загрузится работой.

Из трех доставленных в отдел девиц в коридоре своей очереди дожидалась одна, остальные уже отчитывались перед дежурными сотрудниками. О роде ее деятельности можно было догадаться по слишком откровенному топику да чересчур короткой юбке, прикрывающей лишь «пятую точку». «Боевой раскрас», призванный завлекать лиц мужского пола, отсутствовал, все в рамках приличия – тушь да блеск на губах. Светло-русые волосы, собранные в замысловатые хвостики, придавали ей озорной, хулиганистый вид, но взгляд из-под длинных ресниц проскальзывал настороженный, опасливо-удивленный. Не иначе как «новичок» на данном поприще. «Дамы со стажем» ведут себя по-другому, развязно, бесстрашно, смело.

– Пойдем, – Влад указал вглубь коридора, пропуская девушку впереди себя. – Паспорт с собой?

Она, не говоря ни слова, выудила из маленькой сумочки красную книжечку, не глядя, протянула ее оперу.

– Живешь где? По тому же адресу, где прописана? – спросил он, после того как они уединились в допросной. – С кем?

– С мамой, – без промедления отозвалась девушка. Это был ее первый привод в полицию, поэтому она старалась вести себя так, чтобы не злить мужчину.

– Москвичка? – Демидов еще раз пролистал документ, удостоверяющий личность. – Иващенко Екатерина Алексеевна, – отчетливо прочитал фамилию, имя. – И давно ты на «панели», Катя?

– Нет, – задержанная отвела взгляд, – первый раз.

– А если честно? – криво улыбнулся опер, при этом глаз его улыбка не задела.

После недолгого колебания, Катя заговорила сбивчиво:

– Я просто… с девчонками… К ним… гости приходят…

– Сколько? – прервал Влад ее путаные объяснения.

Девушка запнулась, озадаченная его вопросом. Что он имеет в виду? Стоимость услуг? Но зачем? Она непонимающе уставилась на него.

– Сколько уже занимаешься этим? – повторил вопрос мужчина, не отводя от нее пристального, тяжелого взгляда, который выдерживать становилось все труднее и труднее. Как будто в душу смотрел."

"– Два месяца, – она опустила глаза в пол, разрывая тягостный для нее зрительный контакт. И обстановка вокруг нагнетала страху, усиливая чувство дискомфорта – темные стены, решетка на закрашенном краской окне, из мебели только стол и грубые, скрипучие стулья.