Подойдя поближе, я поняла, что на ее лице совершенно нет косметики. Конечно, обычно она перебарщивала с макияжем, но отсутствие оного было ей совсем уж противопоказано.

– Что случилось, тетя Наташа? – тревожно осведомилась я.

– Я, мои сотрудники и клиенты отравились каким-то газом! Татьяну Анненкову даже увезли на «Скорой»!

– Как это произошло?"

"– Я все расскажу, но не здесь. – Бережковская промокнула бумажным платочком слезившиеся глаза. – Поднимайся в ателье, как только улажу все формальности, я приду и все вам с Олей расскажу.

– Ну ладно. – Я не стала ни на чем настаивать, но входить в здание отнюдь не спешила. Отойдя в сторонку, я прислушалась к людским разговорам.

– Ужас! Кошмар! Когда же все это кончится?!

– Кто будет следующим?..

– Неужели и в этот раз милиция все спустит на тормозах?!

– Не милиция, а уже полиция, – поправила какая-то женщина. – Лично я больше рисковать своей жизнью не собираюсь, у меня двое детей, поэтому я сегодня же напишу заявление об увольнении. А ты?

– Нет, я не для того так долго после сокращения искала работу, чтобы снова ее потерять.

– Интересно, эта девочка выживет?

– Врач сказал, что угрозы для жизни нет, а вот ослепнуть она может.

– Жалко, такая молодая…

– Да, мне тоже Татьяну жалко, я у нее несколько раз стриглась. У нее такая рука легкая была…

– Что значит – «была»?! Лариса, ты зачем ее раньше времени хоронишь?

– Соня, да не привязывайся ты к словам! И вообще, я пошла к себе, на третий этаж.

Народ потихоньку начал расходиться. Никакой конкретики я так и не услышала, только прониклась эмоциями толпы.

– Таня, здравствуй! – У центрального входа нарисовался Кузьмин. – А что здесь происходит? Я подъезжаю и смотрю – народ суетится. По какому поводу собрание?

– Я сама толком ничего не знаю. Вроде бы в «Пальмире» кто-то газ распылил, одну парикмахершу увезли на «Скорой».

– Да ты что! Вот несчастье-то!

– Да, и, как я слышала, уже не первое в этом здании.

– Тебя уже просветили, да? – спросил Илья, глядя на меня снизу вверх.

– Не без этого. Странно все это как-то – три жертвы за один месяц, а могло быть и больше… Говорят, моя начальница в горящем лифте застряла?..

– Правда? Так это была она? Я не знал, с кем именно эта беда случилась. Да, не повезло женщине…

– Еще как!

– Таня, а хочешь, я скажу, что я об этом думаю? – Кузьмин поднялся на одну ступеньку, и наши глаза оказались на одном уровне.

– Ну и что же ты об этом думаешь?

– А ничего особенного здесь не происходит! Это все – отражение нашей действительности, – высказался фотограф.

– В смысле?

Илья поднялся еще на одну ступеньку и оказался выше меня:

– Ну представь, что этот Дом быта – отдельное государство, в котором происходят те же процессы, что и в той или иной стране.