Кузьмин явился в «Полис-2000», чтобы продлить страховку автогражданки, а заодно и оголил провода…

В Доме бытовых услуг началась тихая паника, но дело все равно не сдвигалось с мертвой точки. Арендодателей надо было как-то дожимать. Услышав, что его сосед по дому недавно застрял в лифте и едва не задохнулся там от едкого дыма, Илья решил повторить этот трюк на Обуховской, пять. Ему было абсолютно все равно, кто именно из персонала в нужный момент окажется в лифте. Если несколько человек – так еще лучше! В остановленном им лифте ехала Корнилова, но она осталась жива и практически не пострадала.

Изобретать какие-то новые акции устрашения – это было не так-то просто! Фантазия его иссякла, и тогда фотограф принялся пакостить кому попало по мелочам – разлил в коридоре масло, подменил пульверизатор на столе у парикмахерши… Кстати, последний трюк он не придумывал, а прочитал о нем в Интернете, о чем свидетельствовали «закладки» недавно посещенных сайтов в его ноутбуке.

Илья тщательно продумывал каждую операцию и практически не оставлял следов. Он был уверен: если даже истинная природа всех этих ЧП раскроется, подозрения падут в первую очередь на Земцова… Только оказавшись за решеткой, Кузьмин решил, что совершил роковую ошибку, познакомившись со мной. Он сильно заблуждался – я все равно вычислила бы его. Просто на это ушло бы чуть больше времени, но, в конечном итоге, преступника я обнаружила бы все равно. Начала бы раскручивать Лекомцева, заинтересованного в покупке здания, и не пропустила бы мимо себя тот факт, что его супруга родом из Тарасова. Начав проверять ее связи, я непременно вышла бы на Илью. Да, мне немножко подфартило – я услышала, как Кузьмин разговаривает по телефону с неким Ярославом, и увидела, что его «Пежо» припарковано у дома номер три на Соборной улице. Два этих факта лишь ускорили мое расследование, но не более того."

"Кстати, Ярослав Федорович – если верить его адвокату – понятия не имел, что именно задумал родственник его жены. Он был уверен, что помощь Ильи не пойдет вразрез со статьями Уголовного кодекса. Вполне естественно, что на суд, куда его вызвали в качестве свидетеля, Лекомцев лично не приехал, а прислал свое доверенное лицо. Несмотря на то что у прокурора никаких претензий к московскому олигарху не было, он не решился развивать свой бизнес в нашем городе и отказался не только от идеи покупки здания Дома быта, но и от приобретения какой-либо другой тарасовской недвижимости.

Кузьмин, признавший на суде свою вину и раскаявшийся в совершенных им преступлениях, получил солидный срок: пятнадцать лет лишения свободы, с отбыванием наказания в колонии строгого режима.

В здании Дома бытовых услуг на Обуховской, пять постепенно наладился привычный режим работы.