Абсолютно спокойный, он произнёс:

— Знаешь, что самое лучшее вы можете сделать для своих потенциальных детей?

Выдержав паузу и уловив вопросительные взгляды, продолжил:

— Не заводить их. Никогда. Стерилизоваться или уехать на необитаемый остров. Или на остров долбоёбов, если такой найдётся.

Гриша и Гоша на прощание сказали, что им меня очень жаль. К своему сочувствию добавили фразу «Кстати, ты вылез из вагины». Но это я и без них знал, потому что у меня была энциклопедия про всё на свете, включая особенности зачатия и рождения ребёнка.

Глядя им вслед, Слава сказал:

— Что-то мне больше не хочется общаться с другими гей-парами.

Лев был с ним солидарен:

— Мне тоже.

Но с одной парой наша семья ещё пообщалась. Точнее, не с парой, а с другой такой же семьей: двумя женщинами и их семилетней дочкой. Они были вполне ничего, подарили мне настольную игру, не донимали никакими расспросами, не прикасались ко мне и вели себя очень вежливо.

Мои родители тоже вели себя вежливо: я прислушивался из соседней комнаты, и Лев держал себя очень хорошо.

Я же оказался обречён «быть за старшего», следить за их Дашенькой, развлекать её и быть милым.

Хотя она только с виду казалась такой простой и наивной — когда я её учил строить из своего конструктора башню, она вдруг предложила:

— Хочешь, я покажу тебе, что у меня в трусах?

— Нет, — честно ответил я.

— А ты покажешь, что у тебя…

— Нет.

— Почему? — Даша обиженно высунула вперед нижнюю губу

— Я же не эксгибиционист, — просто ответил я.

Не знаю, поняла ли она меня, но больше эту тему не заводила."

"«Эксгибиционист» — это было самое сложное слово в моём лексиконе на тот момент Я узнал его, когда прочитал на столбе предупреждение, что такой мужчина водится в местном парке.

Думал, оно мне никогда не пригодится, и всё ждал случая, чтобы использовать его в диалоге. И вот он подвернулся благодаря Даше. Осталось дождаться момента, когда можно будет вслух сказать «вдоволь». Вдоволь. Ужасно странное слово!

А с Дашей и её мамами мы так и не продолжили общаться. Оказалось, что схожесть жизненных ситуаций и проблем — не гарантия того, что людям друг с другом будет интересно. В итоге идея дружить гей-семьями была заброшена на веки вечные.

ТРЕТИЙ ЛИШНИЙ

Однажды мы с бабушкой вступили в сговор.

О нём никто не знал, только мы вдвоём. И вообще-то я сначала от него отказался. Она тогда пришла к нам утром, родителей дома не было, а у меня — лето и каникулы перед третьим классом. В общем, я встретил её один. Она поговорила ради вежливости о моих делах и оценках, а потом вдруг спросила:

— А ты хотел бы с папой познакомиться?

Я её не понял: чего с ними знакомиться, если мы вместе живём.

— У тебя же есть папа, ты знаешь? — поясняла она, заметив моё непонимание.