Нет, до завершения расследования — никаких резких шагов не предпринимайте. Пусть все идет как идет. Всему свой срок и место…

Руководители Конторы говорили об очень страшном. И одновременно об очень простом. И само собой разумеющемся. В их среде. О том, как наилучшим образом уйти от севших на хвост преследователей. Как, пожертвовав многим, сохранить хоть что-то."

"Они не были дорвавшимися до власти садистами-чиновниками, мечтающими только о том, чтобы перерезать глотку паре-тройке своих подчиненных. Они были «спецами», знавшими правила игры и подчинявшимися этим правилам.

Находясь на боевом задании в тылу противника, раненых за собой не тащут. И не оставляют на поругание врагу. Контора во главе со своими командирами находилась в глубоком тылу. На территории собственной страны. И случились раненые. По собственной вине и халатности. Спасти их было нельзя. Но, спасая их, можно было угробить всех. И Дело. И удлинить срок их же мучений. Потому что, если дело дойдет до настоящего «потрошения», из плененных «языков» постараются вытрясти всю информацию. Вместе с внутренностями.

Несчастный случай для них был лучшим выходом из положения.

Он вообще был лучшим выходом. Для всех. Но время несчастных случаев еще не пришло.

— Вторым эшелоном обороны подготовьте еще нескольких «мальчиков для битья». Которые пойдут вслед за разработчиком. Если ревизия затянется.

— А если ревизия затянется больше, чем на несколько «мальчиков»?

— Сомневаюсь. Эта проверка не похожа на плановое разрушение. Скорее на фрагментарный укус. Разведку боем. Но… Но все же на тот самый крайний случай продумайте шаги по полной эвакуации.

Вплоть до самороспуска и чистки организации. Цель — сохранение Тайны. И сохранение наиболее ценных людей, спецтехники и спецсредств.

Если этому Президенту мы не нужны, дождемся следующего.

Глава 67

И встреча Ревизора с Шефом-куратором состоялась.

— Мне нужны все задействованные в операции исполнители, — потребовал Ревизор.

— Все исполнители погибли, — ответил Куратор.

— Как так все?.. Все до единого?

— Все. В лице того единственного агента.

— Он работал один?!

— Один.

Ревизор не поверил. В Безопасности к участию в операции подобного уровня были бы привлечены десятки специалистов.

А здесь один-единственный агент. Все это попахивало в лучшем случае злостной халтурой.

— Мне необходимо познакомиться с деталями операции. В частности, с заданием, которое получил агент, с тем, что он успел в данном направлении сделать.

— Детали операции и методы, с помощью которых мы работаем, я раскрывать не имею права. Это наша кухня.

— На что же вы имеете право?

— Обрисовать общую событийную картину. Без оперативных подробностей.