Это одно из условий нормальных взаимоотношений в отряде между командирами и подчиненными. Так было и на заставе номер шесть, которой Журавлев командовал перед войной.

И ему и Кондратьеву приходилось не раз видеть, как накрывают столы в блиндажах начальству вроде полковых командиров или комиссаров, не говоря о более высоких чинах.

Сытные мясные обеды и ужины, даже котлеты для них крутят. Деликатесная копченая рыба, овощи и, конечно, вволю водки или спирта (у генералов больше коньячок в почете). А бойцы в мерзлых окопах хлебают пустую кашу и делят водочные порции погибших. Противно и гадостно на душе, когда увидишь своих командиров за таким обедом.

Пшенную кашу с молоком съели с удовольствием. Осталась одна нетронутая порция. Чередник завтракать отказался, молча оттолкнул миску и попросил воды. Мальцев попытался уговорить Максима:

– Хоть пару ложек, пока горячая.

– Не-е… Фрося не пришла?

И снова погрузился в свой сон или бред.

– Ленька, – протянул Николай миску вечно голодному Жердяю. – Ешь давай.

– Да ну, – стушевался парень. – Че, я лучше всех?

– Можно на двоих поделить, – подал голос Олег Чепцов. – Я тоже не откажусь.

– Пусть Ленька забирает. Ему нужнее.

– А чем он особенный?

– Потому что ранен по-настоящему, а не оцарапан, как ты.

Олег Чепцов был не жадный и разговор о каше завел из вредности, чтобы позлить Мальцева. Оба были старшие сержанты, находились в отряде с самого начала, однако ценили их по-разному.

Мальцев считался одним из наиболее опытных бойцов, его ставили во главе групп, поручали сложные задания. Олег пока ничем не выделялся. Да и вообще военная «карьера» складывалась у него не слишком гладко.

После первого курса института Чепцова направили на инженерно-саперные курсы. Учитывая важность предстоящих задач, брали туда парней и мужиков грамотных, а учеба была рассчитана на целых десять месяцев.

Жизнь курсанта Олегу пришлась не по вкусу. Подъем в пять тридцать утра, усиленная физподготовка, выматывающие многочасовые занятия на местности, наряды, суточные посты по охране складов – все это давалось городскому парню тяжело.

– Не учеба, а каторга сплошная, – ляпнул как-то вконец измотанный курсант после двухчасовой строевой подготовки на плацу. – И кормят сплошной баландой.

За подобные высказывания можно было вылететь из училища, но Олега хорошо «прополоскал» комиссар курсов, а ротный дал три наряда вне очереди."

"Неизвестно, как бы сложилась дальнейшая судьба Чепцова, но вновь формируемые разведывательно-диверсионные отряды НКВД остро нуждались в саперах. Высокое начальство дало разрешение на отбор курсантов, проучившихся не менее пяти месяцев.

Обещали присвоить «младшего лейтенанта».