Она мыла волосы и поддразнивали Костю:

– Ты бы еще поближе сел, а то не все разглядишь.

– Нормально, – невозмутимо отвечал сержант Орехов. – Десять шагов – оптимальное расстояние.

– Я раздеваюсь, – объявляла Дина. – Не верти головой в мою сторону.

Костя машинально оглядывался на голос и тут же отворачивался, увидев обнаженную женскую грудь. В небольшом селе Сухая Терешка в глубинке Саратовской области парни, как и везде, встречались с девушками. Целовались, и ласки порой заходили далеко за пределы, дозволенные родителями. Грехи молодых обычно покрывала свадьба.

Костя тоже дружил с девушкой, но все осталось по ту сторону. За год войны судьба порой сводила сержанта со случайными подругами, и его не смущала раздетая девушка за спиной. А Дина снова дразнила своего спутника:

– Спинку мне потрешь?

– Потру, – поднимался Костя, закидывая винтовку за спину.

– Ой, не надо! Я пошутила.

– Нужное дело, – шагал к ней сержант. – С грязной спиной, что ли, ходить будешь?

Дина подчинялась, закрыв грудь. Прикосновения крепких рук, которые то ли терли, то ли ласкали спину, заставляли ее вздрагивать, напряженно дыша.

– Ну вот, нормально, – оглядывал он стройную фигуру девушки. – Пониже потереть не надо?

– Не надо. И хамить тоже…

– Я хамлю? – удивлялся всегда спокойный Костя Орехов.

– Терпеть не могу всякие намеки.

Костя молча сворачивал самокрутку и курил. Дина подсаживалась к нему и расчесывала темные волосы. После нескольких минут, не выдержав, спросила:

– Обиделся, что ли?

– Чего на тебя обижаться. Строишь из себя невесть кого от безделья. А я тебя охранять должен. Вот почет мне оказали!

Вскоре оба мирились. Костя ей нравился. Высокий, крепко сложенный, в отряде его уважают. Заводили разговор о жизни, придвигались друг к другу."

"Вечера проводили вместе, а спустя короткое время отношения стали совсем близкие. Обсуждали планы на будущее, а Дина порой вздыхала и жаловалась:

– Костя, мне беременеть никак нельзя. Нас предупредили, что это приравнивается к дезертирству. Комиссар на курсах так и говорил: «Вас полгода на радисток учат, всякие секреты, шифры доверяют, а некоторые, не успев отучиться, уже ребенка ждут».

– Дезертирство! Чушь все это, – фыркал сержант Орехов. – Ты же не с посторонним встречаешься, а со своим боевым товарищем.

– Костя, ты как маленький. Мы уже не просто встречаемся. Как муж с женой живем, а ты про каких-то боевых товарищей ерунду несешь. Разлюбил меня, да?

– Сама ты ерунду городишь. При чем тут разлюбил? Ты же прекрасно знаешь, как я к тебе отношусь. Если бы было можно, я бы и родителям про тебя написал.