– Поставь ноги шире, – повторяю, потому что она словно превратилась в каменное изваяние.

– Рома…

– Тише. Просто сделай, как я говорю. Тебе нужна разрядка. Позволь мне помочь тебе. Обещаю не прикасаться. Ты доверяешь мне?

– Тебе – да, себе – нет.

Я понимаю, о чем она говорит. О том, что может захотеть большего, что не сдержится и попросит трахнуть ее. Так и будет, но не сегодня. Она уже хочет, но пока еще не готова. А я не смогу надавить, понимая, что это может ее сломать. Поэтому сбавляю обороты и даже слегка даю заднюю, оставляя ей право на выбор. Струя кочует по животу от одного бедра к другому, пока я жду ее решения. Я все еще склонен к ее уху, но взгляд не отрывается от нижней части ее тела, пока я мысленно уговариваю ее согласиться. Мне нужна новая картинка, чтобы подрочить в душе после того, как из него выйдет Тами. Если она не согласится, я снова буду испытывать боль и ненависть к себе, когда передерну с мыслями о Лене. Не хочу больше так. Мне нужно освобождение, а не изнасилование собственного мозга.

Наконец я облегченно выдыхаю, когда вижу, как Тамила медленно расставляет ноги, давая мне зеленый свет. Я отстраняюсь от нее, и теперь не свожу взгляда с ее промежности, по которой ритмичными струями бьет вода. Нежные лепестки нижних губ припухли и покраснели. Мой член дергается от желания заменить душ и потереться о чувствительное местечко. Хочу, чтобы он стал причиной протяжного стона, вырвавшегося изо рта Тамилы. Периодически она поднимается на носочки, словно избегая контакта с водой, видимо, когда становится совсем сложно терпеть. Но потом расслабляется, сдавшись под напором доставляемого ей удовольствия. Я жадно слежу за ее лицом. Веки сомкнуты, ресницы трепещут. Тамила кусает губы и хватает ртом воздух. Мое сердце колотится как ненормальное, тело потряхивает от эмоций, которые я жру, словно ненасытное животное. Каждую малейшую эмоцию просто заталкиваю к себе в голову, запоминаю, фиксирую в памяти каждое изменение на лице жены, чтобы потом, словно грязный извращенец, крутить это на повторе в своем воображении и использовать для самых непристойных жестов."

"Я едва сдерживаюсь, чтобы не обхватить член рукой и не кончить вместе с Тамилой. Но понимаю, что тогда я не смогу сосредоточиться на ее удовольствии, а я этого безумно хочу. Видеть, как она срывается в пропасть, ловить ее эмоции, смотреть в перекошенное удовольствием лицо. Перед самым пиком Тамила вцепляется пальцами в мое предплечье, пытаясь оттолкнуть руку, приносящую удовольствие, но я сильнее. Перехватываю ее за запястья и поднимаю над головой, впечатывая в кафель. Приближаю свое лицо к ее, жадно поглощая каждую черту взглядом.