Думаю, что утекли из дворянской палаты, а уже затем об этом написали несколько мелких СМИ. Крупные издания пока не торопились ничего говорить, поэтому отмена изгнания так и осталась на уровне слухов.

Но директор решил, что именно сейчас, до официального объявления лучшее время. Он попросил меня выразить Бриллианту благодарность, и я не стал отказывать. Потому что действительно был благодарен. Думаю, что косвенная поддержка рода, владеющего школой, сыграла свою роль. Ведь именно после того, как Бриллиант публично отказался меня исключать, наши с мамой дела немного наладились.

В любом случае мне несложно произнести небольшую благодарственную речь.

— Что-то много машин сегодня, — бурчит мой водитель, когда подъезжаем к школе.

Смотрю в лобовое стекло и убеждаюсь, что он прав. Автомобилей стоит гораздо больше, чем обычно. Похоже, что директор не постеснялся и устроил что-то вроде приёма, куда пригласил родителей учеников и журналистов.

Вообще-то, я думал, что произнесу речь только перед учениками и персоналом школы. Оказывается, что аудитория будет гораздо больше.

Меня уже ждут. Как только машина останавливается, к ней подлетает целая толпа журналистов. Мелькают фотовспышки, мне в лицо суют микрофоны. Чувствую себя кинозвездой.

— Александр, ваше изгнание правда отменено? Скажите, в чём причина? Это решение князя Грозина или его наместника? — один за другим сыплются вопросы.

— Я не могу ничего комментировать, пока глава нашего рода не сделает официальное объявление, — отвечаю я.

— Мои источники в дворянской палате утверждают, что поданы документы об отмене вашего изгнания, — сообщает журналистка с ярко-красными губами.

— Никаких комментариев, — отмахиваюсь.

— Александр, пара вопросов о компании Цитата! Это правда, что вы теперь председатель совета акционеров⁈

— А это здесь при чём? — удивляюсь я. — Дамы и господа, это не пресс-конференция. Что касается Цитаты — состав совета акционеров выложен на сайте компании. Можете ознакомиться.

— Александр! — рядом со мной возникает директор и обнимает за плечи. — Идём. Господа журналисты, я же просил — все вопросы после официальной части. Дайте пройти!

— Что вы устроили? — на ходу спрашиваю я.

— О чём ты?

— Я не думал, что вы решите создать такое громкое событие из моей благодарственной речи.

— Мой граф приказал выжать из ситуации максимум, — как бы извиняясь, пожимает плечами директор. — Прости, что не предупредил о журналистах. Тебя ведь не затруднит ответить на пару вопросов?

— В следующий раз предупреждайте. Я не люблю, когда меня используют вслепую.

— Тебе это тоже будет на пользу! Разве плохо, что ты сможешь публично выступить и заявить, что больше не изгой?

— Вы издеваетесь? — я приподнимаю бровь.