«Он никогда больше не тронет тебя. И не посмеет забрать сына!» — будто на гвозди вбивал он мне в сознание новую правду.

Поверить хотелось безумно. Так же безумно, как и снова почувствовать себя любимой.

Последнее было странным желанием. До встречи с Шаховым я была уверена, что разучилась любить мужчин. Извращенные отношения со Славой, наш секс, который он считал обязательным условием брака, выкорчевали во мне потребность в мужчине.

Ни одиночество, ни развод не смогли вернуть хотя бы доверие к сильному полу. Вместо того чтобы быть женщиной, я была матерью, дочкой, экскурсоводом, кулинаром, уборщицей... кем угодно.

Моя кровать не знала никаких мужчин. В телефоне числились сплошные «Геннадии Петровичи», «Дмитрии Николаевичи» и прочие. А красавцы, которые пытались пригласить меня на ужин или раздавали комплименты, интересовали не больше, чем экспонаты в любимом музее.

В свои двадцать девять я перестала быть женщиной. Отчаялась и все болезненное записала в табу. А сейчас, с Денисом, захлебывалась от ощущений и эмоций.

— Интересно, мне когда-нибудь надоест целоваться с тобой? — спрашивала у него каждое утро и всегда получала один и тот же ответ.

Улыбку. Хитрую и счастливую.

— Денис Шахов, мне двадцать девять, а не девятнадцать. Выдерживать твои марафоны уже не так легко! — притворно возмущалась, когда он в очередной раз среди ночи будил меня влажным скольжением или интимными поцелуями.

— Напоминаю! Мы даже не любовники! Мы просто временно живем вместе! — шипела на него.

А спустя несколько минут брала свои слова назад и как последняя падшая женщина требовала: «Еще!» и «Еще!»

Невозможно было бояться в таких условиях. Нереально — думать о каком-то будущем или планировать возвращение домой.

Денис не говорил о чувствах. Я не слышала от него никаких признаний в любви. Но стоило вечером уложить сына спать, как сама мгновенно превращалась в прежнюю девятнадцатилетнюю девчонку, которая и минуты не могла прожить вдали от своего мужчины.

Вероятно, если бы Слава избавился от навязчивого желания забрать Тима, мы бы и не вспомнили о нем. Между поцелуями и ужинами забыли бы о мести и обиде. Вдвоем постепенно развеяли бы светлый образ папы, за который все еще держался мой малыш.

Но в один из вечеров, вместо того чтобы встретить вертолет с Беловым, мне пришлось прощаться с Шаховым.

— Мисюров приземлился три часа назад. — Денис спешил, поэтому рассказывал быстро. — Служба безопасности проследила за ним от аэропорта до отеля. Я срочно нужен в Питере.

— А Белов точно не справится без тебя?

Я чувствовала, что Денис темнит. Он явно что-то задумал. Не хотела отпускать его, пока не признается.

— Сергей выполняет приказы. Он не принимает решения. Если понадобится срочно что-то предпринять, я должен быть на месте.