Что ты можешь? Пускать мыльные пузыри? Показывать девицам фокусы? Во главе рода должен стоять мужчина, а не размазня. Маг, который может дать отпор другим родам. А ты… Ты слизняк, которым помыкают сёстры. И я не позволю пустить на ветер состояние семьи.

Глава 35

Руки и туман

— Ни за что!

Дядюшка ухмыльнулся и без предупреждения атаковал племянника целой серией всполохов. К своему счастью, младший Голицын успел выставить щит и сдержал удар. Но даже с расстояния было видно, как юноша побледнел, а губы сжались в тонкую ниточку.

Бумс!

Очередной всполох ударил в щит и расколол эфирный купол. Но тут же появился новый, на этот раз поднятый княжной.

— Софья! — рявкнул Голицын. — Уйди в карету, я сказал!

— Нет, — она топнула ногой, — я не дам вам творить беззаконие! Убирайтесь, или я расскажу о вашем поведении на совете рода!

Он расхохотался.

— Кому ты расскажешь? Если вы доживёте, наши любимые родственнички сами выкинут твоего братца на мороз. Или забыла, кто их держал в узде? Не помнишь, как твой отец приводил их в чувство? В карету, дура!

— Ха!

Младший Голицын пришёл в себя и с криком швырнул в дядю какое-то плетение. Видимо, что-то из их семейного арсенала — рой ледяных игл, укрытых в воздушный кокон.

— Слабак.

Резким движением руки Голицын сбил заклинание на подлёте, отправив его прямо в землю.

— Ну раз не хотите по-хорошему, будет по-плохому. У нас в роду завтра будет траур — сразу двое подающих надежду деточек погибли от рук… Да неважно чьих.

И он обрушился на Софью с братом градом заклятий. Вдвоём они с трудом держали щиты, не находя сил для контратаки.

Да уж, что дядюшка, что племянники выдающихся способностей не показывали. Средние Таланты, никакого сравнения с мощью покойного князя. Только у старшего Голицына больше опыта, за счёт чего он и собирался победить. Может быть, в будущем, если доживёт, Николенька сможет поднять уровень, но пока он просто вздорный мальчишка.

Пока они бранились и обменивались ударами, я притянул Кижа и шепнул:

— Зайдёшь с той стороны. Если меня атакуют — разберись с опричниками.

Он оскалился, кивнул и двинулся к завалу на дороге. А я дождался, когда спадёт «плащ мертвеца», и вышел из-за деревьев.

— Ну! — выкрикнул Голицын после очередного всполоха. — Последний раз предлагаю. Подпиши и катись на все четыре стороны!

— Нет! — Ответили хором мальчишка и Софья.

— Тогда…

— Судари, — я крикнул погромче, — не помешаю вашей беседе?

На меня уставились три пары удивлённых глаз. А я приветливо улыбнулся и помахал рукой, не торопясь подходить ближе.

Кого из них поддержать? Мальчишку, подозревающего меня в смерти отца? Или его дядю, которому эта история неинтересна? С другой стороны, лишние свидетели ему ни к чему. Да и мои симпатии на стороне Софьи.