Что она… Надя, мой Воробушек все еще невеста другого мужчины. Что она… была с ним.

- Всё тут. Со мной. – она аккуратно поднимает руку, и кладет ладонь себе на грудь. – Всё время со мной. Даже когда… даже когда я теряла память оно было тут.

- Надя… - беру её руку, подношу к губам. Господи, так много хочу ей сказать, и так о многом надо спросить. Но не могу разорвать объятия.

И всё еще кажется, что слова нам помешают. Что нам проще и лучше совсем без слов.

- Я… я…

- Что?

- Люблю тебя… - говорит и прячет лицо у меня на груди.

И я чувствую, что внутри разливается блаженное тепло и покой. И сердце грохочет как драм-машина. Хочется кричать. Потому что она сказала это!

Она! Моя Надежда!

И… в этот момент я, наконец понимаю, что такое счастье.

Нет, не то, что она сказала сейчас. И не то, что говорила раньше. И не то, что происходило с нами когда-то. И не наша встреча.

То, что она просто есть на этой земле, что она жива – вот это и есть счастье."

"И если даже она сейчас скажет, что любит меня как друга, как брата, но её сердце отдано другому, этому проклятому и везучему викингу, я все равно буду счастлив. Потому что счастлива она.

- Ильяс…

Не хочется говорить, хочется еще помолчать. Продлить эти мгновения.

Но я понимаю, что времени у нас не так много, что скоро может вернуться Слава, что мне нужно еще раз познакомиться с Ником, рассказать, что я его отец – если Надя разрешит сделать это сейчас.

Нужно, наверное, поспешить начать разговор.

Но я молчу, только снова поднимаю её за подбородок, чтобы прижаться к губам.

А вообще… если и стоит о чём-то говорить, то о самом главном.

- Ты выйдешь за меня?

Глава 39

«Ты выйдешь за меня?»

Вот так просто. Просто четыре слова, которые могут перевернуть мир. После которых можно быть бесконечно счастливой. Или не быть.

Я бы ответила «да» не раздумывая.

Четыре года назад.

А сейчас…

Я молчу, и смотрю на него, понимая, что пауза слишком затянулась.

Ильяс рассчитывал услышать «да». Сразу.

А я почему-то молчу.

- Надя… я…- вижу, как дёргаются уголки его губ, он пытается улыбаться. – Воробушек мой, не пугайся, я сказал это чтобы сразу обозначит свои намерения. Они серьезные. Более чем. Я приехал сюда для того, чтобы вернуть тебя. Тебя и нашего сына.

Он прижимает меня к себе, чувствую его ладонь на своей голове, гладит как ребенка.

- Воробушек, прости, я снова сделал всё не так. И ты заслуживаешь другого, просто я…

- Знаешь, о чём я мечтала тогда? – поднимаю голову, чтобы видеть его глаза.

- Тогда? О чём?

- Мы были тут, в этом отеле. Помнишь, как ты начал плавать, как Самад помогал тебе? Он повез тебя на море, ты думал, что я не знаю…

- А ты знала?

- Видела. Да. Издалека…

- И что? Это было очень весело? – Он как-то горько усмехается.

- Нет, совсем нет… Я… Я мечтала, что ты обнимаешь меня.