Шепчет настойчиво – твоя Надежда тебя бросила, ты её не нужен, она решила, что с несчастным инвалидом свою жизнь связывать не стоит!

Она предала…

И что же делает Ильяс? Вместо того, чтобы заткнуть фонтан красноречия несправедливого внутреннего голоса он пускается во все тяжкие!

Чёрт…

Первый поход в клуб с друзьями, танцы – я не танцую, еще не настолько хорошо могу двигаться, да и глаза…

Мне бы не таскаться по злачным местам, поберечь себя, но…

Просто меня разрывает от боли. Несправедливо, что она ушла! Что ее нет!

Почему она сбежала вот так? Скрылась в никуда?

Люди Тамерлана были в её городе. Почему её там не нашли?

Да, моя вина очевидна, я наговорил ей много не самых приятных вещей.

Но, чёрт возьми, я никогда не был ангелом! Когда она была моей сиделкой, просто сиделкой, да даже еще сестрой в клинике, я и не такие фортели выдавал!

Сколько раз я рычал, вопил, унижал ее, говорил гадости?

На все получал только усмешки и добродушное чириканье. И быстро понял, что эту девчонку я не согну и не сломаю.

Неужели все-таки сломал?

Или…

Или она на самом деле просто меня разлюбила?

Поэтому она может жить дальше. Просто потому, что не любит. Ее не рвет на части эта дикая тоска.

Клуб. Девочки. Танцы, смех…Парни, которые подначивают меня.

Что, Илик, во все тяжкие?

О, да… Илик именно это и делает.

И делает вид, что это ему зашибись как нравится!

Какую девчонку считают самой крутой в клубе, какую хотят все? Она будет моя! Да. Она со мной. Сначала сидит на коленках, запуская руку под футболку, и шепчет, какой я сильный и красивый.

Да уж, видела бы она меня полгода назад. Слепого инвалида колясочника!"

"Кстати, как сильно это работает – давить на жалость! Им мало, что я хорош и у меня есть бабло. Когда они узнают, откуда у меня шрамы и что со мной стряслось, до готовы вообще на все.

Перемещаемся в приватные комнаты. Там все горячо, страстно, быстро.

Никак.

Мне никак.

Извини, малышка, не катит, телефончик не нужен. Почему?

Потому что контрольный в голову я получил от одной маленькой, некрасивой, бедной девочки.

Две недели загулов мне хватает чтобы понять. Я не настолько хочу этого, чтобы делать со всеми подряд.

Я хочу. Только с одной.

Вот так. Приплыли, Ильяс Александрович.

Повзрослел парень. Вырос.

Понял, что такое любовь.

Просыпаюсь утром после очередного загула. Иду в душ, потом в тренажерку, в бассейн. Там сталкиваюсь с Тамерланом.

Он тоже плывет свои пять километров пытаясь убежать от боли.

- Как ты, брат?

- Нормально, - он не улыбается. Давно не видел его улыбку. Собственно, после того как начал видеть – только раз. Когда он поздравил меня с выздоровлением. И всё. Тамерлан всегда серьезен. Собран. Спокоен.

- Как ты можешь выносить это? – не выдерживаю и задаю вопрос.