Тебе нельзя.

- Все в порядке, Слав, он не тяжелый.

Но он ее не слушает. Поднимает мальчонку сам. И меня это бесит.

Бесит то, что он вот так бесцеремонен с ее желаниями. И еще бесит то, что ей чего-то нельзя, а я не знаю почему.

Она больна? Или… беременна?

Вероятность этого просто сводит с ума. Если это так, если дело в том, что Надя ждет ребенка…

Чёрт, не могу не думать об этом.

Столько всего произошло!

За последний час моя жизнь повернулась на сто восемьдесят градусов.

Я встретил Воробушка. Я её узнал! Я увидел её сына.

И мужа…

На это ведь я совсем не рассчитывал, на то, что Надя будет не свободна.

Хотя, признаюсь честно, последние месяцы я каждую ночь видел ее во сне, видел образ мной придуманный, и слышал голос. И каждый день думал о том, чтобы возобновить поиски Воробушка, которые так бездумно и глупо прекратил когда-то.

Да, я в то время еще был болен, мне нужно было заниматься своим здоровьем, встать на ноги, вылечиться, а потом время было упущено, и…

Я дурак, просто кретин. Но сейчас не время заниматься самокопанием, не время посыпать голову пеплом.

Сейчас у меня есть возможность действовать.

Наверное.

Или нет. Потому что Надя замужем. Возможно, счастлива. Возможно, давным-давно забыла обо мне.

Хотя ее сын почему-то не называет викинга папой.

И… кольца на ее пальчике я не вижу.

Мысли в голове бегут с какой-то немыслимой скоростью. Я вспоминаю, почему, собственно, пошел с сыном на море – Надя упала в обморок. Наде стало дурно. А сейчас?

Сейчас она, вроде, выглядит не плохо, но я должен узнать, что с ней!

- Надя, ты как себя чувствуешь? Врач приходил?

- Да, все в порядке. Просто… со мной это бывает.

- Почему?

Она удивленно вскидывает на меня взгляд.

- Что почему?

- Почему так бывает? Раньше ведь не было?

- Это… долгая история. Спасибо тебе, что побыл с Ником.

- Не расскажешь?

- Что? – я понимаю, что не время для расспросов, и ей не очень ловко вот так со мной разговаривать, но…

- Слушай, Ильяс, думаешь твой допрос уместен? – этот Слава похоже реально нарывается.

- Извини, я не с тобой разговариваю.

- А я с тобой.

- Слава, Ильяс, не надо, пожалуйста. Ник, как ты поплавал?

- Здолово. Весело! Мы блызгались и мыляли.

- Ныряли? И ты нырял?

- Ага. Ма… молозеное. – парень сидит на руках у мужа Нади, а смотрит на меня, словно поддержки ищет.

- Да, Воробушек, насчет мороженого? Я ведь могу угостить Ника?

Надя смотрит не на меня, на своего спутника, и я вижу ее растерянность.

- Хочу молозеное.

- Милый, скоро мы пойдем обедать, потом ты должен поспать…

- Ма… молозеное. – он не куксится, не капризничает. Но уперся рогом. Мне кажется почему-то, что этот парень из всех веревки вьет. Умеет настоять на своем. Как я в свое время.

Хотя порой исполнение моих прихотей стоило мне слишком дорого.