Не хотел причинять ей ни минуты боли или печали, когда она уже с лихвой отведала и того, и другого.

— Нет, — пробормотал он. — Мне и так чертовски трудно от тебя уходить, не усложняй мне задачу.

— Останься на одну ночь. Всего лишь одну.

Никогда ещё Кир не был так возбуждён и расстроен одновременно. Как же легко позволить себе забыть обо всём, кроме удовольствия. Но кому-то придётся подумать о последствиях, и, очевидно, Киру. Нет другого выхода, кроме как положить этому конец, сейчас же.

Отпустив её, он резко сказал:

— Ты не знаешь, о чём просишь.

— Я прошу подарить мне одну ночь.

Киру захотелось растечься лужицей на полу. Меррит выразилась так… будто ночь любви станет подарком для неё, а не для него… Она его сокрушила. Всего парой слов она полностью и безраздельно им завладела.

И ему очень хотелось ей об этом рассказать. Но он решил нагрубить. Если придётся оскорбить Меррит ради её же блага, так тому и быть. Он лишь надеялся, что она не заплачет. Возможно, даст ему пощечину. Всё лучше, чем слёзы.

— Я не трахаюсь как джентльмен, — хрипло сказал он. — Ты не дождёшься ни красивых слов, ни хороших манер. Я поставлю тебя в позу и примусь за дело, а когда закончу, по пути к выходу шлёпну тебя по заднице.

Но Меррит не разозлилась. Не дала ему пощечины. Просто услужливо подсказала после недолгой паузы:

— Последняя дверь справа, в конце коридора.

Она раскусила его обман. Губы Меррит дрогнули, когда она увидела выражение лица Кира.

Чёрт.

Выйдя из себя, Кир взял её за плечи и отодвинул от себя.

— Если я останусь, то все шишки полетят в тебя, а не в меня. Я бы заплатил любую цену, чтобы заполучить тебя, но не позволю расплачиваться тебе.

— За свои решения я буду отвечать сама.

— Милая, неужели ты настолько глупа, что считаешь будто одна ночь со мной стоит такого большого риска? — резко спросил он.

Меррит пожала плечами и опустила взгляд, но не раньше, чем он увидел озорной блеск в её глазах.

— Я бы с удовольствием это выяснила.

Не в силах остановиться, Кир притянул её к себе и грубо поцеловал. Она податливо открылась ему навстречу, утоляя его страсть и умиротворяя, пока он не застонал и не задвигал языком внутри её рта. Из порывистого поцелуй превратился в томный и глубокий, Кира накрыли волны головокружительного удовольствия.

Помоги ему бог, но он бы отдал жизнь, лишь бы вкусить все те радости, которые она обещала. Оказаться внутри неё… часами держать в объятиях… он должен это испытать, что бы ни случилось потом. Кир лихорадочно целовал её шею, чувствуя, как двигается её горло, когда Меррит сглатывала, тяжело дыша.

Нежно обхватив её голову, он поцеловал её лоб, веки, проложил дорожку из поцелуев к её носу и вниз, к изгибу подрагивающей верхней губы.