— Ах ты ж, сучка крашена! — возмутилась Настасья Филипповна. — А ещё рябиновку мою пила!

— Прям бы так и убила паразитку! — Марья Алексевна хлопнула ладонью по столу.

— Петю покалечила, стервь!

— Своими руками бы придушила!

Пришлось выслушать целый водопад возмущения. Под конец Марья Алексевна и Настасья Филипповна сошлись во мнении, что я зря убил испанку. Надо было привезти её в Злобино, а уж тут они бы за всё с ней поквитались. Только в методах дамы разошлись: одна хотела её порубать, другая придушить.

— Сударыни, вы уж извините, что не довёз её и сам «успокоил», — я тихонько усмехнулся. — Но сейчас стоит другой вопрос: необходимо разобрать её вещи. Быть может, найдутся какие-то документы или письма, проливающие свет на планы Голицына. Князь ещё жив и вряд ли оставит меня в покое.

— Правильно, что нам сказал, — кивнул ключница, — не дело тебе, Костя, в женском белье копаться. Я схожу и гляну.

— Прямо сейчас все вместе пойдём, — заявила княгиня, — я Талантом поищу, если секреты хранила.

Судя по искоркам в глазах, обеим было крайне любопытно посмотреть, что прятала у себя в комнате скрытная испанка.

* * *В комнатах Диего стоял всё тот же беспорядок, что и в прошлый раз, когда мы были здесь с Кижом. Но кое-что отличалось — возле кровати красовался набитый дорожный саквояж и небольшой сундучок, окованный железом. Похоже, испанка собралась в путешествие и заранее упаковала сумки.

— Посмотрю письма, — я кивнул на комод, где лежала груда бумаг, — а вы разберите вещи.

Среди вороха листов со стихами на испанском я обнаружил пару знакомых конвертов. Ба, да это же мои письма, отправленные в Злобино. Диего умудрилась перехватить их каким-то способом. Минус одна загадка в череде неприятных случаев.

— Костя, посмотри, пожалуйста.

Настасья Филипповна выложила на стол то ли большую коробку, то ли чемоданчик без ручки. Я провёл над ним ладонью, не обнаружил никакой зловредной магии и открыл крышку."

"Пистолет, пороховница, горсть серебряных пуль в холщовом мешочке. Три острозаточенных деревянных кола и молоток. Бутылочка с водой. Набор флакончиков, судя по надписям — с ядами. Серебряный и стальной кинжалы. Высохшая головка чеснока. Распятие и небольшая Библия.

Даже не знаю, на кого собиралась охотиться испанка с таким набором. На вампиров? На оборотней? На упырей? Или всё это средства против меня? Я покачал головой, закрыл ящик и вернулся к бумагам.

— Марья Алексевна, вы случайно не знаете итальянский?

— Знаю, как не знать. Мне и в Риме доводилось бывать, ещё в молодости.

— Не могли бы вы прочесть?

Я протянул княгине письмо, написанное красивым убористым почерком. Марья Алексевна взяла его, прищурилась и впилась глазами в текст.