Как только ты устроишься в новом доме, мы с Лотти навестим вас.

— О, папа! — плакала Хелена, крепко обняв его. — Обещай мне, что ты будешь принимать лекарства, бросишь пить портвейн и станешь следовать советам доктора Редферна. Лотти будет помогать тебе… — Ее голос сорвался, и она дала волю слезам."

"Мистер Витли, в течение нескольких минут гладивший дочь по спине, бросил умоляющий взгляд в сторону графа, словно прося у него помощи. Ричард, который, нахмурившись, наблюдал за этой сценой, быстро вышел вперед и, оторвав Хелену от отца, сам обнял ее и прижал к себе, бормоча:

— Успокойся, милая. Все будет очень хорошо, я тебе обещаю.

Оказавшись внезапно в объятиях Маркфильда, Хелена вздрогнула, а когда почувствовала исходившие от него тепло и силу, ее тело сотрясла такая сильная дрожь, что она в смущении отпрянула от него.

— О боже, что вы все, должно быть, думаете обо мне! — выдохнула она, отчаянно стараясь смахнуть со щек остатки слез. — Папа, дай мне, пожалуйста, платок.

Но Ричард первым вынул из жилетного кармана белый шелковый носовой платок, который словно держал там для этой цели.

— Позволь мне, — сказал он тихо и, взяв в ладони ее подбородок, начал вытирать ее мокрые и теперь красные от смущения щеки. — Отлично! — заключил он, опуская платок на свое место и заглядывая ей в глаза. — Как фиалки под дождем, — прошептал он, поднося к губам ее руку.

Нежные прикосновения и участие мужа еще больше усилили ее волнение, и прощание с отцом и Лотти прошло словно в тумане. Даже после того как граф посадил ее в экипаж и кучер стегнул лошадей, ее чувства пребывали в полном смятении.

Для Хелены не оставалось сомнений, что она без памяти влюблена в мужчину, который теперь стал ее мужем и сидел рядом с ней. Также не было сомнений в том, что его сердцем владела другая женщина. Что делать с этими неразрешимыми проблемами, она не знала…

Глава 16

Сидя в потаенном уголке закрытой кареты, Ричард понимал, что у него вряд ли представится еще такой благоприятный момент спросить Хелену о причине ее странного поведения на церемонии венчания, но он не знал, как затронуть этот деликатный вопрос. Он боялся сказать что-то, что могло повредить их хрупким отношениям.

— Надеюсь, что поездка не покажется тебе чересчур утомительной, моя дорогая, — сказал он вместо этого. — Это только чуть больше шестнадцати миль, самое большее два часа езды.

— Смею предположить, что я выдержу, — ответила она равнодушным тоном, делая вид, что ее больше интересуют рисовые зерна, застрявшие в складках юбки. — Могу я спросить, куда мы едем?

Застигнутый врасплох, он посмотрел на нее с изумлением:

— Не понял.

— Ну, я знаю, что папа был очень разочарован, когда вы отказались от предложенного им тура по европейским столицам.