Это же такое счастье, когда у тебя появится маленький сынок. Мужчины в твоем возрасте более ответственны и воспринимают отцовство совсем по-другому. Я никогда себя не запущу так, как запустила себя Алька. Я всегда буду стройной, подтянутой и ухоженной. Дома стану устраивать романтические вечера. Я знаю, что ты мотаешься за границу со своими любовницами, но ты настолько мной увлечешься, что будешь только моим.

Я встал, схватил Вику за шею и слегка придушил.

— Послушай, я говорил тебе уже тысячу раз и повторю еще — я никогда не уйду от жены. Она не сделала мне ничего плохого, чтобы я с ней так поступил.

Она закрывает глаза на все мои измены и верит в то, что я хороший. Я не позволю, чтобы в моем доме жил чужой мужик и покрикивал на моих детей. Если ты хоть словом обмолвишься Альке о том, что я иногда к тебе захаживаю, пожалеешь, что родилась на этот свет. Я тебя изуродую.

— Отпусти… — прохрипела лучшая подруга жены. — Ты меня задушишь."

"Я убрал руки и наблюдал, как она трет себе шею. Вика закашлялась и процедила сквозь зубы:

— Идиот!

Она схватила со стола бутылку и принялась пить из горлышка. Сделав несколько глотков, стала красной как рак, и я увидел, что ее замутило.

Сунув ей соленый огурец, я поднял с пола сигарету, которую она только что выронила, и затушил.

— Ну что ты творишь? Что происходит?

— Я люблю тебя! — в слезах бросила Вика.

— Я же подонок. Разве можно такого любить?

— Любовь зла, полюбишь и козла.

— А вот козлом меня еще никто не называл. Но ведь Аля твоя подруга. Почему ты хочешь сделать ей больно? Мечтаешь поломать ей жизнь? Вы же всегда вместе, не разлей вода! Как так можно?

— А почему ей все, а мне ничего?! — продолжала истериковать Вика.

 — Почему ей мужик при бабках достался, а ко мне вечно одна голытьба клеится?! Чем она лучше меня?! Всю жизнь дома сидит, по хозяйству хлопочет, а ты ей денежки в клювике на подносике доставляешь. А мне пахать нужно как проклятой, чтобы в дом что-то купить, не потерять товарный вид и хорошо выглядеть.

— Ты что, не понимаешь? Я тебя не люблю!

— Тогда почему со мной спишь?

— Потому что ты мне даешь.

Вика замахнулась, хотела отвесить мне пощечину, но я отвел ее руку в сторону.

— Можно подумать, ты Альку любишь?! Ты вообще никого не любишь, кроме себя! Ты ведь с ней даже не спишь! Тебе секс с ней противен!

— Мне не то что секс с ней противен, я просто не могу трахать родственницу.

— В том-то и дело, что она как родственница, а тебе нужна любимая женщина. Если меня сейчас не любишь, это не значит, что не полюбишь потом. Я все буду делать! Я постараюсь! Обещаю! Я буду тебя боготворить! Ты добытчик, а я твоя любимая женщина! Не верю, что ты ко мне ничего не чувствуешь! Ты специально так говоришь. Просто хочешь сделать мне больно. Тебе Альку жалко.